Галина Дятлева - Мастера портрета

В заказных портретах Энгра нет искреннего чувства, свойственного изображениям его друзей. Во время сеансов художник не стремился установить душевный контакт с заказчиком. Свою роль сыграло и то, что здесь он не мог пользоваться полной свободой, т. к. приходилось прислушиваться к пожеланиям портретируемых. Но все-таки среди заказных есть портреты, где ощущается увлеченность мастера своими моделями. Таковы портреты семьи Ривьер (1805, Лувр, Париж). Особенно задушевным и поэтичным получился образ мадемуазель Ривьер.

На портрете поколенного формата изображена хрупкая и грациозная девушка в белом платье. Ее голова слишком велика по сравнению с еще не сформировавшимся телом, но это, так же как и неправильные черты лица (большой рот, невысокий лоб, широко поставленные глаза), не лишает модель очарования и юной свежести. Тоненькая фигурка гармонично вписывается в спокойный пейзажный фон, показывающий голубое небо, зеркальную гладь реки, зеленеющий берег с деревьями, из-за которых выглядывает колокольня. Энгр считал эту картину своей лучшей работой. Спустя 50 лет после ее завершения он писал: «Если я и сделал когда-либо что-то действительно хорошее, так этот портрет…». Стиль портрета, его колорит, закругленная верхняя часть, особое расположение фигуры на пейзажном фоне говорят об увлечении Энгра искусством Возрождения.

В Салоне 1806 года вместе с портретами семьи Ривьер художник показал картину «Наполеон на троне» (1806, музей Армии, Париж), таким образом отдав дань наполеоновской теме, увлекавшей французских мастеров той эпохи. Полный торжественности и монументального величия портрет предназначался для зала Законодательного собрания. Бесстрастно-спокойное лицо императора теряется среди окружающих его деталей: атрибутов власти, сложных узоров ковра и украшений трона. Фигура Наполеона, утонувшая в складках роскошных одежд, кажется лишенной объемов, как будто вставленной в плоскость окружающего пространства.

Все эти полотна, показанные в Салоне, были жестоко раскритикованы. Энгра обвиняли в стилизации под искусство Ренессанса и готики, укоряли за отсутствие внешнего сходства. Художник в то время находился в пути, он ехал в Италию и потому смог прочитать отзывы о выставке позднее. Его возмущению не было предела.

Теперь мы видим, что, хотя произведения Энгра и не были похожи на работы его учителя Давида и других французских художников того времени, неудачными их назвать нельзя. Напротив, эти картины с полным правом относятся к числу шедевров живописи.

В 1806 году Энгр приехал в Рим. Здесь он прожил долгие четырнадцать лет. Итальянский период стал временем расцвета творчества художника. С 1807 по 1824 год мастер создал великое множество портретов, не только живописных, но и графических. Исполненные свинцовым карандашом, они поражают своей живостью и непосредственностью передачи натуры (портрет семьи Стамати, 1818; портрет Никколо Паганини, 1819, оба — в Лувре, Париж). Такие портреты, выполнявшие в то время функцию семейных фотографий, пользовались в Европе первой половины XIX века огромной популярностью. Эти рисунки дарили на память родственникам и друзьям.

В Риме Энгр, чтобы заработать на жизнь, был вынужден искать новых заказчиков, так как с падением империи он лишился большей части своих прежних работодателей, среди которых важное место занимала семья Наполеона Бонапарта.

Лучшиая работа, написанная вскоре после прибытия в Рим, — «Портрет мадам Девосе» (1807, музей Конде, Шантийи). Энгр изобразил молодую женщину, сидящую в кресле, на темном нейтральном фоне. Плавные линии очерчивают нежный овал лица, которому вторят ритмы округлой спинки кресла и очертания сложенных рук модели. Удивительно гармонична цветовая гамма полотна, выдержанная в приглушенных оттенках коричнево-красного и черного. Спокойная красота молодой женщины вызывает в памяти зрителя знаменитый портрет великого Рафаэля — «Донна Велата».

В творчестве Энгра множество чудесных женских портретов, покоряющих зрителя своим живым очарованием. Шарль Бодлер, говоря о портретной живописи художника, верно подметил: «Есть одна вещь, которая, как нам кажется, особенно отмечает дарование Энгра, — это его любовь к женщине…»

Особенно ярко тип энгровской красавицы представлен на «Портрете мадам Сеннон» (1814–1816, Музей изящных искусств, Нант). Молодая женщина, одетая в платье из малинового бархата, сидит среди атласных подушек. Воротник и манжеты из белых кружев подчеркивают нежность ее кожи. На пальцах мадам Сеннон поблескивают кольца с драгоценными камнями, на шее — золотые цепочки. Роскошный костюм и дорогие аксессуары не только характеризуют социальное положение и вкусы модели. Тщательно выписанные художником, они выполняют самостоятельную функцию, заставляя зрителя вновь и вновь любоваться ими.