Екатерина Останина - Мастера авангарда

В то же время художник всерьез думал о методах возрождения классических традиций. Он пытался копировать техническую манеру старых мастеров, склонялся к простому пересказу сюжетов известных полотен, их образов или фрагментов. Известностью пользуются подобные цитаты Де Кирико из Рафаэля, Тициана, Тинторетто, Фрагонара, Рубенса и Ватто. «Падение Фаэтона» по Рубенсу (1954) сейчас находится в частном собрании в Риме. Кроме того, мастер имитировал костюмные портреты и натюрморты в духе XVII столетия («Автопортрет в черном костюме», 1948, Национальная галерея современного искусства, Рим) и использовал типичные для классической живописи темы и сюжеты («Лукреция», 1922, Национальная галерея современного искусства, Рим).

Дж. Де Кирико. «Прорицатель», 1915 год

Де Кирико показал себя блестящим мастером, а также графиком, театральным декоратором и скульптором.

Робер Делоне считал своей главной задачей изображение хаоса цветовых пятен. Он часто говорил: «Я люблю прежде всего цвет, все люди любят прежде всего свет. Они изобрели огонь». Этот огонь и свое противостояние ему мастер запечатлевал в каждой своей композиции: «Драматизм, катаклизм… Это — синтез всего, что присуще эпохе разрушения. Пророческое видение. Также социальные отзвуки: война, крушение основ. Видение катастрофического проникновения, предрассудки, неврастения… Космические потрясения, желание очищения. Закопать старое, прошлое… Свет все деформирует, все разрушает… Больше геометрии. Европа рушится…»

Робер Делоне не имел специального художественного образования. Он начал рисовать в 1905 году под впечатлением живописи Сёра, Сезанна и Гогена.

Как творческая личность Делоне сложился в результате размышлений на тему о неизбежном рождении новой идеологии из мирового хаоса. Художник в этом случае только помогал бы естественному историческому процессу, разрушая общепринятые догматические нормы и культурные основы устаревшего общества.

В 1908 году Делоне увлекли идеи кубистов. Он стал членом объединения «Золотое сечение». В это время художник пишет главным образом пейзажи, городские виды, насыщенные экспрессией, и ломаные геометрические очертания архитектурных объектов, впрочем, легко узнаваемых («Город»; «Сен-Северен»; «Эйфелева башня»; «Башни Лана»; «Город № 2», 1910; Национальный музей современного искусства, Париж; «Башня», 1910, Музей С. Гуггенхейма, Нью-Йорк; «Красная Эйфелева башня», 1911–1912, Музей С. Гуггенхейма, Нью-Йорк).

Р. Делоне. «Окно № 2», 1912 год

Вскоре Делоне почувствовал, что ему тесны рамки традиционного кубизма. Его манера письма всегда была непохожа на стиль остальных членов группировки. Делоне очень внимательно относился к колористическому строю своих картин, весьма далекому от аскетизма кубистов. Таким образом, художник стал сочетать кубические приемы в моделировке объемов с собственным пониманием цвета. Он оставлял за собой право показывать мир таким, каким он его видит.

В своей книге «Живопись как чистая реальность» Делоне называл своим прямым предшественником Ж. Сёра, поскольку именно этот мастер сумел разложить картину на искрящуюся мозаику цветовых пятен. Художник сделал вывод, что только с помощью анализа цвета и света можно изменить материальную предметность мира, и это станет основой нового искусства. «Пока искусство не освободилось от предмета, — говорил Делоне, — оно осуждает себя на рабство. Это верно даже в тех случаях, когда явления света в предметной среде подчеркиваются без возвышения его до живописной самостоятельности». Из этого вытекала и задача нового искусства, как его понимал Делоне, — создание «архитектуры цвета» и его «динамической поэзии».

Р. Делоне. «Дань уважения Блерио», 1914 год

Художник считал, что дополняет исследования кубистов, которые чересчур большое внимание уделяют линии, но мало занимаются конструированием в области колорита. Находясь в объединении кубистов, Делоне все же был близок к экспрессивным формам искусства — настолько эмоционально взволнованной была колористическая гамма его работ. К примеру, художник настаивал на особой экспрессии сочетания красного и синего цветов. Он даже придумал ему особое название — «удар кулака». Это сочетание позволяет зрителю непосредственно почувствовать колебания световых волн, как ухо чувствует музыку. Делоне считал: «Цвет является функцией самого себя, и его действие проявляется в любой момент, как в музыкальной композиции эпохи Баха или в хорошем джазе». Г. Аполлинер придумал для подобного метода творчества название «орфизм» по имени легендарного древнегреческого певца Орфея. Тот же Аполлинер объявил, что Делоне единственный во французском искусстве сумел достичь внеобъективного творчества, которое подчиняется лишь внутреннему сюжету и нисколько — внешнему.