- Прошу прощения! - окликнул я его.
Человек пошевелился.
- Извините, что побеспокоил, - продолжал я. - Интересно, не сможете ли вы мне кое о чем рассказать?
Мужчина уселся.
- Рас-сказать. А кто это? Где ты?
- Говорит ли вам о чем-нибудь имя "Амадея"? - спросил я.
- Да где ты? - повторил он, и даже в темноте я увидел, как он крутит головой по сторонам.
- Я здесь. Неважно, где. Я просто хочу знать, что случилось с Амадеей.
- А кто такая Амадея? - спросил он.
- Если вы не слышали об Амадее, то может быть, вы слышали о Леди Света?
- Леди Света? - воскликнул мужчина. - Ты меня разыгрываешь, да? Выходи, где ты? Покажись!
Он встал со скамьи.
- Ну хоть подскажи, где ты!
- Что вы имеете в виду? - поинтересовался я.
Он подошел к дереву.
- Ты на дереве, а? Слезай, чтобы я тебя видел.
Мне стало ясно, что от него я не узнаю ничего. Единственное, чего он хотел - найти меня, и хотя я понимал его чувство нетерпения, когда ищешь и не находишь, все же я не собирался выдавать себя. Я уже собрался бежать, когда он снова заговорил.
- Эти твои Амадея и Леди Света - я, вообще-то, знаю, где они. Но только если и ты хочешь узнать это, тебе придется показаться. Я не собираюсь давать такие сведения тем, кого я не вижу. Так ведь?
Я не побежал.
- Я не могу показать вам себя, - ответил я. - Если я покажусь, то вы не поверите собственным глазам.
- Ну, не покажешься, не скажу. Как хочешь, приятель.
Он вернулся к скамейке и снова улегся. Я вышел из-за дерева, все еще не зная, что мне делать. Я знал, что ему нельзя доверять, но кому я вообще мог сейчас доверять? Если он знал что-то про Амадею, я должен был вытянуть это у него.
- Я здесь, - позвал я. - Здесь, у дерева.
Он повернулся и выглянул из-за спинки скамейки.
- Не вижу. Подойди ближе, приятель.
И я подошел. Я стал сзади скамейки, так чтобы он мог увидеть меня, но не смог бы дотянуться.
- Я здесь, внизу.
- Черт бы меня побрал, - пробормотал он. - Черт бы меня побрал. Крыса!
Он отвернулся и постучал себе рукой по голове. Я впервые увидел его лицо. Морщинистое, с густой бородой. Он был в шляпе, поэтому я не разглядел его глаз. Между досок скамейки я видел, что его одежда истрепана и грязна.
- Это мне выпивка в мозги шибанула! Крысы не разговаривают!
Он снова посмотрел вниз, на меня.
- Сгинь!
- Я могу говорить. Однажды я был кучером. Я ищу Леди Света, чтобы она снова превратила меня в кучера.
- Говорящая крыса! Всякое видал, но чтоб такое...
- Вы сказали мне, что знаете, где они, - настаивал я. - Теперь вы увидели меня, так пожалуйста, скажите мне, где они.
Человек снял с голову шляпу. На голове оказалась копна встрепанных волос, которую он, почесываясь, запустил руку.
- Да, верно, - согласился он. - Амадея и Леди Света. Да я их, собственно, прекрасно знаю. Слушай, если ты сейчас посмотришь вон туда, в сторону дороги, ты увидишь большой дом, а в окнах свет. Видишь?
Я обернулся в направлении, которое он указывал, и неожиданно все вокруг погрузилось в полную тьму. Как будто меня отрезали от всего остального мира. Он накрыл меня своей шляпой.
5
Я не успел ни пошевелиться, ни проскочить под шляпой, а человек уже был надо мной, и схватил меня через шляпу, сжав так, что я еле дышал.
- Вот. А теперь посмотрим, кто это.
Он осторожно загнул поля шляпы так, чтобы освободить мою голову, и чтобы я не смог его укусить.
- Вы мне ребра сломаете! - пискнул я.
- Переживешь. Надо же, говорящая крыса. И большая какая, а? Сильная... Тихо! А то голову оторву. Где ты научился говорить, а?
- Я уже говорил. Я был кучером.
- Кучером, да? Крыса на козлах. Мне сегодня повезло! Тебя послало само небо, да. Вместе с тобой, крыса ты или кучер, мы заработаем целое состояние. Будешь делать то, что я скажу, и я разбогатею. Фред Биггс и его говорящая крыса! У тебя есть имя, кучер?
- Роберт. Пожалуйста, выпустите меня.
- Выпустить тебя - упустить удачу. Э, нет, Роберт, теперь я и ты будем заниматься делами вместе. Бобби, вот как я буду звать тебя. Фред Биггс и Бобби. Мы прославимся на весь мир. Вот только я не могу держать тебя так все время. Пошли.
Он поднялся, все еще больно сжимая меня в кулаке и зашагал через парк на улицу. Я умолял выпустить меня, но он не обращал на это внимания. В его руке я был скован не хуже, чем в ловушке у Амадеи, но на этот раз я попался против собственной воли и был страшно напуган. Я вспоминал предупреждения моего отца и слезы моей матушки. Мир людей - не только кареты, музыка и танцы. Все-таки в большинстве своем люди были чудовищами, и вот я по собственной глупости отдался в руки одному из таких. Сейчас мне было бесполезно успокаивать себя тем, что еще недавно я был готов умереть, если не узнаю человеческого мира. Страх неподвластен разуму.
Читать дальше