Диана Гэблдон - Путешественница

Я постояла, закипая от злости, а потом решительно повернулась к переднему трапу. Плевать, что капитан Леонард собственноручно откачивает воду из трюма: ему придется со мной поговорить.

Я остановилась на пороге каюты. Дело шло к полудню, но капитан спал, положив голову на руку, покоящуюся на большой раскрытой тетради. Перо выпало из его пальцев, чернильница, предусмотрительно установленная в выемку, покачивалась в такт волнам. Несмотря на отросшую щетину, капитан выглядел очень молодым.

Я повернулась, решив зайти позже, но зацепилась за рундук, на котором среди вороха бумаг, навигационных инструментов и полуразвернутых карт неустойчиво балансировала стопка книг. Верхний томик шлепнулся на пол.

На фоне обычных корабельных шумов этот звук был почти неслышным, но капитан проснулся, вскинул глаза и заморгал.

– Миссис Фрэ… О, миссис Малькольм! – пробормотал он, потер лицо ладонью и потряс головой, пытаясь отогнать сон. – Вы… Вам что-то нужно?

– Не хотела вас будить, – сказала я. – Но мне нужно больше спирта. При необходимости я могу использовать крепкий ром или бренди. А вы должны поговорить с матросами или найти какой-то другой способ удержать их от попыток пить чистый спирт. Сегодня еще один моряк отравился алкоголем. Кроме того, нужно, чтобы в лазарет поступало больше свежего воздуха.

Я замолчала, сообразив, что в его полусонном состоянии и этого слишком много. Он поморгал и потянулся, стараясь собраться с мыслями. Пуговицы с манжеты оставили на его щеке два красных отпечатка, волосы с одного бока были примяты.

– Понятно, – тупо сказал Леонард. Постепенно его взгляд начал проясняться. – Да. Конечно. Я отдам приказ открыть все люки, чтобы вниз поступало как можно больше воздуха. А насчет спиртного мне нужно поговорить с экономом: сам я, к сожалению, не знаю наших запасов.

Он обернулся и, видимо, хотел позвать стюарда, но сообразил, что тот находится сейчас в лазарете, вне пределов слышимости. В этот момент наверху ударили в корабельный колокол.

– Прошу прощения, миссис Малькольм, – учтиво промолвил он. – Сейчас почти полдень, и мне нужно идти определять координаты. Если вы задержитесь здесь ненадолго, я пришлю вам эконома.

– Спасибо.

Я села на единственный свободный стул. Перед уходом Леонард одернул расшитый галунами капитанский мундир, слишком большой для него.

– Капитан Леонард! – окликнула я его, повинуясь неожиданному импульсу.

Он обернулся с вопросительным выражением на лице.

– Позвольте спросить, сколько вам лет?

Он заморгал и напрягся, но ответил:

– Мне девятнадцать, мэм. Всегда рад служить вам, мэм.

И с этими словами он исчез.

Девятнадцать! Признаться, на миг я остолбенела. Разумеется, я видела, что он молод, но не думала, что настолько. Обветренное, загорелое и осунувшееся от напряжения, усталости и недосыпания лицо выглядело самое меньшее лет на двадцать пять.

«О боже! – мысленно воскликнула я. – Он ведь еще ребенок!»

Девятнадцать. Ровесник Брианны. И в таком возрасте он неожиданно оказался командиром, и не просто командиром, а командиром корабля, да не просто корабля, а военного корабля королевского флота, и не просто военного корабля, а корабля, который поветрие лишило четверти экипажа и фактически всего командного состава. Я чувствовала, как страх и ярость, клокотавшие во мне первые несколько дней, начали убывать по мере понимания того, что он похитил меня не из-за высокомерия или невежества, а от полнейшего отчаяния.

Ему требовалась помощь, так он сказал. Ну что ж, тут он был прав, и я действительно ее оказывала. При воспоминании о том, что творилось в лазарете, у меня вырвался глубокий вздох. Как бы то ни было, я должна была сделать все, что в моих силах.

На столе лежал открытый судовой журнал с незаконченной записью. На странице осталось влажное пятнышко: во сне капитан пустил слюну. Чувствуя одновременно и жалость, и раздражение, я перевернула страницу, желая скрыть еще одно свидетельство его уязвимости.

Мой взгляд скользнул по слову на странице, и по моей спине пробежал холодок. Я кое-что вспомнила. Когда я разбудила его, капитан, увидев меня, произнес «миссис Фрэ…», прежде чем спохватился. И на странице мое внимание привлекло то же самое имя – «Фрэзер»! Он знал, кто я такая и кто такой Джейми!

Быстро поднявшись, я заперла дверь на засов, обезопасив себя от чьего-либо внезапного появления, после чего села за капитанский стол, разгладила страницы и принялась за чтение.