Диана Гэблдон - Путешественница

– Скала была вся расколота и разрушена. Когда я подошел слишком близко к краю, осколки выпадали прямо из-под моих ног, плюхаясь с обрыва в воду. Я не представлял себе, каким образом я сумею спуститься к воде, не говоря уже о том, чтобы добраться до островка. Но потом я вспомнил, что говорил Дункан о башне Элен, – рассказывал Джейми.

Его взгляд был сосредоточен сейчас на том далеком берегу, где обломки крошащейся скалы рушились в пенящиеся волны.

«Башня» была там, маленький гранитный шпиль, который торчал не более чем в пяти футах от острия мыса. Но ниже этого шпиля, в камнях, находилась расщелина, узкая, но тянувшаяся на все восемьдесят футов от вершины утеса до его подножия, что давало возможность подняться и спуститься. Задача была нелегкой, но для решительного и целеустремленного человека осуществимой.

От основания башенки Элен до третьего островка – более четверти мили колыхавшейся зеленой воды. Раздевшись, он перекрестился и, поручив душу попечению своей преставившейся матери, нырнул в волны.

Продвижение было медленным и трудным, порой волны захлестывали его с головой и он задыхался. Вообще-то Шотландия край приморский, но Джейми вырос в глубине суши и плавать ему доводилось в спокойных водах озер да речушек, где водилась форель.

Здесь же пловец столкнулся с морскими волнами – они плескали в лицо соленой водой, сбивая дыхание. Ему казалось, что он плывет уже не один час, а выпрыгивая с усилием из воды и озираясь, он видел все тот же утес, с которого спустился, только почему-то не позади, а справа.

– Короче говоря, – со вздохом сказал Джейми, – по всему выходило, что вместе с приливом придет конец и мне. По той простой причине, что плавания в обратную сторону мне нипочем не выдержать. Два дня у меня не было ни крошки во рту, и сил уже не оставалось.

Поняв это, Джейми перестал грести, а просто лег на спину, отдавшись на волю волн, и стал воскрешать в кружившейся от напряжения голове слова старой кельтской молитвы о спасении утопающих.

Он умолк и молчал довольно долго. Я даже подумала, может быть, что-то не так. Но наконец Джейми вздохнул и смущенно заговорил:

– Ты подумаешь, что я рехнулся, англичаночка. Я никому об этом не рассказывал – даже Дженни. Но представь себе, прямо посреди молитвы я услышал матушкин голос. – Он неуверенно пожал плечами. – Может быть, все дело в том, что я думал о ней, когда покидал берег. И все же…

Он умолк, а я коснулась его лица и тихо спросила:

– Что она сказала?

– Она сказала: «Иди ко мне, Джейми, мой мальчик».

Он сделал глубокий вдох и медленно выпустил воздух.

– Я слышал ее совершенно ясно, но ничего не видел, там никого не было, даже тюленей. Мне даже подумалось, что она обращается ко мне с небес и зовет туда, а усталость была такая, что смерть уже не пугала, но я собрался с силами и погреб в ту сторону, откуда донесся ее голос. Решил для себя: вот сделаю десять гребков и остановлюсь, чтобы отдохнуть. Или утонуть.

Но на восьмом гребке его подхватило течение.

– Впечатление было такое, будто кто-то поддержал меня, – пояснил Джейми, и в его голосе даже сейчас слышалось удивление. – Вода, и подо мной, и вокруг, стала чуть теплее, и она несла меня в нужном направлении. Сама несла, мне только и нужно было, что держать голову над поверхностью.

Сильное течение, вившееся между мысом и островами, вынесло его к третьему островку. Всего несколько гребков – и он оказался на суше.

Остров представлял собой гранитную скалу, потрескавшуюся, как все древние скалы Шотландии, заляпанную водорослями и тюленьим пометом, но Джейми был так же благодарен судьбе, как потерпевший кораблекрушение моряк, попавший на дивный тропический остров с пальмами и белоснежными песчаными пляжами. Правда, выбравшись на сушу, он растянулся на камнях и бог знает сколько времени лежал в полудреме, приходя в себя.

– Потом мне шибануло в нос жутким запахом дохлой рыбы, и надо мной что-то нависло. Я мигом поднялся на колени и увидел здоровенного тюленя-самца, мокрого и лоснящегося. Его черные глаза таращились на меня в упор с расстояния не более ярда.

Не будучи ни рыбаком, ни моряком, Джейми, однако, слышал рассказы бывалых людей и знал, что самцы тюленей могут быть опасны, особенно когда защищают от вторжения свои лежбища. Глядя на открытую пасть, полную острых крючковатых зубов, и валики плотного жира, опоясывавшие огромное тело, Джейми не мог не признать правдивость этих матросских баек.