Диана Гэблдон - Путешественница

– Просто малый любит тебя, Джейми, – проговорил он тихо. – Я вижу, как он смотрит на тебя, когда ты приезжаешь, и как рассказывает о том, что ты делаешь. Я вижу его лицо. Ему кажется, что ты живешь восхитительной, полной приключений жизнью и все это так далеко от обыденности. Не то что выгребать козье дерьмо из матушкиного огорода.

Джейми улыбнулся зятю в ответ и расправил плечи.

– Что ж, это нормально для его возраста. Мы с тобой тоже были такими…

– Хочет он того или нет, но от приключений того рода, с какими его можешь познакомить ты, мальчику лучше держаться подальше, – резко перебила его Дженни, качая головой и неодобрительно глядя на брата. – Сдается мне, что добрый Господь охраняет твою жизнь, иначе бы ты уже десять раз умер.

– Это вполне возможно. Наверное, у Него есть свои соображения насчет того, для чего меня хранить.

Джейми с улыбкой посмотрел на меня и завладел моей рукой. Дженни тоже бросила на меня взгляд и с непроницаемым видом вернулась к теме разговора.

– Что ж, может, оно и так, – сказала она. – Но я не могу сказать, что это справедливо в отношении юного Айена.

Она снова посмотрела на Джейми, но на сей раз выражение ее лица немного смягчилось.

– Я ничего не знаю о твоем образе жизни, Джейми, зато я достаточно хорошо знаю тебя и могу сказать, что это не тот образ жизни, который годится для моего мальчика.

– Ммфм, – изрек Джейми, потер рукой заросшую щетиной челюсть и попробовал снова: – Ладно, я ведь не к тому, чтобы он жил как я. Просто в последнюю неделю он вел себя как взрослый мужчина, вот в чем дело. Поэтому мне кажется, что было бы неправильно сечь его как мальчишку.

Дженни презрительно подняла брови.

– Надо же, он уже и мужчина, а? В его-то детские годы. Джейми, ему всего четырнадцать!

Несмотря на раздражение, Джейми улыбнулся.

– Дженни, я сам в четырнадцать лет уже был мужчиной, – тихо сказал он.

Она фыркнула, но в глазах ее неожиданно блеснули слезы.

– Это ты так думал. – Дженни встала и резко отвернулась в сторону, моргая. – Я прекрасно помню тебя в ту пору, – сказала она, стоя лицом к книжной полке и даже ухватившись за нее, словно чтобы удержаться на ногах. – Ты был красивым мальчиком, Джейми, когда отправился с Дугалом в свою первую вылазку, прямо как картинка со сверкающим клинком на бедре. Мне было шестнадцать, я думала, что краше никого и быть не может: такой высокий, прямой, ловко сидишь в седле. Помню и твое возвращение: явился весь в грязи, физиономия расцарапана, оттого что навернулся в куст ежевики, а Дугал все расхваливал тебя отцу, какой ты герой. Получил палашом плашмя по голове и даже не пикнул.

Совладав-таки со своим лицом, Дженни снова повернулась к брату.

– Так что, это и значит быть мужчиной?

Джейми посмотрел на нее с лукавством.

– Ну и это, но и нечто большее.

– Правда? – произнесла она еще более сухо. – Интересно, что именно? Способность переспать с девушкой? Или убить человека?

Я всегда считала, что Джанет Фрэзер обладала удивительной, прямо-таки мистической прозорливостью, во всяком случае, когда дело касалось брата. Похоже, однако, что этот ее талант распространялся и на сына.

Выражение лица Джейми не изменилось, но румянец на нем загустел.

Глядя на Джейми, она медленно покачала головой.

– Нет, Айен-младший еще не мужчина. А вот ты – мужчина, братец, и ты знаешь, в чем тут разница.

Айен, некоторое время завороженно наблюдавший за парочкой Фрэзеров, высекавших друг из друга искры, прокашлялся.

– И долго еще будем толочь воду в ступе? – проворчал он. – Между прочим, малец уже четверть часа дожидается порки. Заслужил ли он ее и стоит ли его драть – это другой вопрос, но мучить парня ожиданием в любом случае негоже.

– А что, Айен, ты и вправду считаешь, что должен его высечь? – предпринял последнюю попытку Джейми, обратившись к зятю.

– Ну, – медленно произнес Айен, – я честно сказал малому, что он заслужил порку, и он сам знает: это чистая правда. Что заслужил – то и получи. Но вовсе не обязательно, чтобы это делал я.

В его глазах промелькнуло веселье. Он полез в ящик буфета, достал кожаную плеть и вручил Джейми.

– Вот. Тебе, как говорится, и плетка в руки.

– Мне? – испуганно вскричал Джейми, пытаясь вернуть плеть не обращавшему внимания на его потуги зятю. – Ты что? Я не могу!

– А я думаю, что можешь, – спокойно возразил Айен. – Ты часто говорил, что любишь его как сына. – Он склонил голову набок, и, хотя выражение его лица осталось мягким, карие глаза были непроницаемы. – Что ж, я скажу тебе, Джейми: не так-то легко быть его отцом, лучше всего тебе пойти и не мешкая выяснить это.