Юрий Корчевский - Пограничник против Абвера

Узнав, где госпиталь, Федор побежал туда.

И ему наконец повезло. Сразу за КПП он увидел стоящий трофейный мотоцикл с коляской – «БМВ».

– Не подскажешь, чей мотоцикл? – обратился он к стоящему на КПП дежурному.

– Фамилии не знаю, – пожал тот плечами, но внезапно оживился. – Да вон он идет!

От здания школы, переоборудованной на время войны под госпиталь – явление в прифронтовых зонах повсеместное, впрочем, как и в ближних тылах, – к КПП направлялся старший лейтенант. Разглядев на его погонах эмблемы медицинской службы, Федор перехватил его у самого мотоцикла.

– Ваша фамилия Кучин?

– Именно. А вы по какому делу ко мне, чем могу служить?

Федор представился и предъявил документы.

– Слушаю.

– Вы сегодня утром подвозили лейтенанта Загудаева?

– Было дело. А что, это преступление?

– Я вас ни в чем не обвиняю. Скажите, где вы его высадили?

– В Лакомице, это километра три от города.

– Он же в город собирался?

– Хозяин – барин… Где попросил меня остановиться, там я его и высадил.

– Спасибо.

Начмед завел мотоцикл и укатил.

Действия Загудаева были явно подозрительными. Не доехав до города совсем немного, он сошел, почему? Предполагал, что на дорогах организованы проверки? У Федора все больше и больше крепла уверенность, что Загудаев и есть убийца. Неужели они с комбатом настолько сильно повздорили из-за медсестрички, что одному потребовалось убить другого? Ведь не уголовник он, не в пьяном угаре сотворил убийство! Сослуживцы Загудаева говорили, что спиртное он не употребляет и зачастую сто граммов «наркомовских» отдавал товарищам. И вообще не скандальный человек. Замкнутый – да, это черта характера, но не скандальный.

Федор направился в отдел – надо было доложить полковнику о деталях расследования. За упущения по загривку получит, это ясно. Но сейчас главное – задержать беглого лейтенанта. Обычно дезертировали рядовые, чаще – новобранцы. Слишком резок был переход от мирной, тыловой жизни к войне: обстрелам, бомбежкам, крови, смерти соседа по траншее. Люди со слабой, неустойчивой психикой ломались, чувство самосохранения пересиливало чувство долга. Но… боевой офицер – и такая глупость?!

Начальник отдела был не в духе, и сомнительно, что из-за Федора. Оперативных разработок, которые вел отдел, было много, и не все продвигалось так хорошо, как ему хотелось.

После взаимных приветствий подполковник сказал:

– Думаю, о своем промахе ты уже знаешь. Времени у меня мало, поэтому докладывай коротенько.

Коротко и четко Федор доложил о Загудаеве и предпринятых мерах по его поиску.

– Пока все твои действия правильны, – подвел итог подполковник. – А сейчас бери пару бойцов, машину и езжай в эту деревню Лакомицу. Распутывай след оттуда. Кто-то все равно его видел, офицер – не иголка в стоге сена.

– Товарищ подполковник, не исключено, что дезертир и убийца обойдет город. Если к железной дороге выйдет, то у небольших разъездов – Щелково или Сердце. На разъездах патрулей нет, а поезда останавливаются. Он может там подсесть.

Федор показал на карте разъезды, но подполковник ткнул карандашом в перекресток дорог, который находился южнее города.

– Здесь тоже удобное место, два шоссе пересекаются. Если он в сторону Москвы двигаться собрался, не исключено, что тут попутную машину ловить будет. На перекрестке только военный регулировщик. Ладно, вышлю я к шоссе лейтенанта Макарова – он сейчас в кабинете шифровальщика находится. Опиши, как выглядит этот Загудаев. Макаров сейчас делами не занят, пусть перекрестком займется. И пусть ко мне перед отъездом зайдет.

– Слушаюсь!

Федор передал Макарову приказание начальника отдела.

– Да не вопрос, поеду. Особые приметы у этого вашего дезертира есть?

– Никаких. Видел я его. Молодой, среднего роста, лицо ничем не примечательное. Зубы свои.

Бывает, что у фигуранта стоят коронки, которые видны при разговоре или улыбке, – тоже особая примета.

– Хреново! Безликий он у тебя какой-то!

– Я что, выбирал его?

– Да это я так, к слову… Если Загудаев умен, как премудрый пескарь, он документы сменил.

– Типун тебе на язык!

Макаров засмеялся:

– Славно поговорили, обменялись любезностями… Пойду я к Белому. Подполковник сегодня не в настроении, как бы не досталось.

Пока водитель готовил машину, Федор заскочил в столовую и до того, как подкатил водитель, успел съесть тарелку супа с куском хлеба.

В кузов уже забрались двое незнакомых ему бойцов из взвода отдела.