Юрий Корчевский - Пограничник против Абвера

– Да она замусоленная очень.

– В самый раз.

Вечером прохладно, осень, в телогрейке не вспотеешь, а формы под ней не видно. А что галифе форменные и сапоги, так в них половина мужского населения ходит, можно сказать – обычная одежда. Нет пока в Калинине промтоварного магазина. Носят все, что достать могут, в том числе и трофейные френчи со споротой свастикой и погонами. Федор ватник натянул, пилотку за ремень заткнул.

– Щетины не хватает и папиросы в зубах, – заметил один из бойцов.

Замечание верное, да щетину за несколько часов не отрастишь. Однако замечание натолкнуло на мысль. Федор достал из сидора фляжки, под номером два, что на чехле химическим карандашом выведена, сразу назад убрал. А обычным самогоном ватник щедро облил. Душок по вагончику пошел соответствующий.

– Во, в точку. Тогда уже семечек купите, товарищ старший лейтенант. Маскировка хоть куда будет.

– Двоим наготове быть. Услышите выстрел – сразу на вокзал, где кран с кипятком. А побежит кто – задерживать. Задача ясна?

– Так точно.

Федор отправился на вокзал. Ремень с кобурой на заставе оставил, пистолет в карман брюк переложил. Патрон в ствол загнал, поставив пистолет на предохранительный взвод. Стоит курок большим пальцем назад отвести, и можно сразу стрелять. Отправился на вокзал один, так больше шансов не вспугнуть, прихватить отравителя на месте, с поличным. Желательно живьем. Выпотрошить его потом: кто надоумил, где метиловый спирт брал, есть ли подельники? Судя по способу, действовал не немецкий агент, а злостный вредитель, яро ненавидящий Советскую власть, Красную армию. Тем не менее урон нанес большой. Не всякий немец, сидя в окопе с винтовкой или автоматом, может убить столько бойцов. Стало быть, враг настоящий, да еще и делающий на этом деньги.

Как только Федор вошел в здание вокзала, сидевшие на лавке женщины окинули его презрительными взглядами. Молодой, с виду здоровый мужик, а вид непотребный. Ему бы на фронт, а он в тылу ошивается, зенки залил, вонища-то от него, хоть закусывай.

На выходе из вокзала на перрон к нему патруль подошел, ведомства военного коменданта. Вокзал – его епархия.

– Попрошу предъявить документы, – строго сказал ефрейтор.

– Отойдем в сторонку, – тихо сказал Федор.

– Гражданин, предъявите документы, – повысил голос ефрейтор.

Вот черт! На них уже начали обращать внимание пассажиры.

– Ведите его в милицию! – поддакнул старичок, сидевший поблизости на баулах.

Придется расшифроваться. Федор достал удостоверение из нагрудного кармана, поднес к глазам ефрейтора.

У того глаза от удивления округлились. Федор, предупреждая нежелательные для себя события, сказал:

– Выйдем на перрон.

Уже за пределами вокзала прошипел в ухо ефрейтору:

– Ты что же, засранец, делаешь? У меня важное задание, ты едва его не сорвал!

– Товарищ старший лейтенант, – оправдывался ефрейтор. – Вид-то у вас еще тот!

– Сорвешь задание – упеку в лагерь, не на передовую даже!

Ефрейтор сдрейфил. Всесильное НКВД может все, а кто против огромной репрессивной машины он, ефрейтор? Пылинка!

– Так точно!

– Кругом! И не подходить ко мне близко, если сам не позову.

Оба бойца четко выполнили поворот через левое плечо. Федор чуть не застонал от досады. Если смотрит сейчас кто со стороны, сразу поймет, что поддатый мужик в ватнике не тот, за кого себя выдает. Надо же было так вляпаться! С одной стороны, хорошо. И пассажиры, и патруль в маскарад поверили, купились на затрапезный вид, на запах.

Должны поверить и торгаши спиртным. Осталось подождать поезда, смешаться с военнослужащими.

Как приятный сюрприз за недоразумение, прибыл военный эшелон. Из вагонов посыпались бойцы, рванулись к вокзалу. В суетливую толпу затесался и Федор. У кранов с водой уже образовалась очередь. Федор высматривал нужного ему мужчину.

Спиртное бойцам предлагали, но не те, кто был нужен. Федор уже было решил уходить. К эшелону уже прицепили паровоз, отрабатывали тормоза. Очередь у кранов стала таять, бойцы бежали к вагонам, опасаясь отстать. Не успел, опоздал – дезертир, со всеми вытекающими последствиями.

Федора осторожно тронули за локоть. Он повернул голову. Поистине сегодня удачный день. Рядом стоял тот, кого он разыскивал.

– Что боец, плохо после вчерашнего? Поправиться не желаешь?

– А есть? – страждущим голосом осведомился Федор.

– Найдем! Самый настоящий первач! Пробирает до самых печенок.

– Сколько?