Глеб Вышневецкий - Гирум

— Ты объясни мне вот что, зачем ты пришел на этот рынок? — после непродолжительного молчания спросил Аэс-Шаер. — Ведь ты уже был свободен.

— Охотники провели меня в город, тут я бы сбежал.

— И что тебе тут понадобилось? — не успокоился Аэс.

— Мне нужны знания, — с трудом выталкивая слова, ответил маг.

— Знания? — удивился гроссмейстер. Это все объясняло. Талантливый самоучка, которому надоело искать знания вслепую, поддался охотникам в надежде, да нет, судя по взгляду, с твердым расчетом оказаться в какой-нибудь башне, чтобы проявить свои способности и получить вожделенное. — Если тебе нужны знания, то я могу дать их тебе, — аура пленника озарилась радостью, — в обмен на твои.

— Но я не умею ничего особенного, — ошеломленно ответил мальчишка, и к глубокому изумлению мага, он говорил абсолютную правду, он и в самом деле не считал, что его знания какие-то необычные.

— Если ты станешь моим учеником, то должен понять, что меня не интересует твое мнение о тебе и твоих способностях, — строго ответил Аэс. — Ты будешь делать то, что я тебе скажу.

— Да, я понял…, учитель, — произнес он.

— Хорошо, — помолчав, ответил Аэс-Шаер. — Теперь скрой обратно свою ауру, — скомандовал он, снимая печать.

При этом он с интересом наблюдал, как аура мастера превращается в ничем не примечательную ауру ученика. После того, как исчезли последние голубые цвета, изменение остановилось, и новый ученик гроссмейстера спросил:

— Хватит или продолжить, учитель? Дальше сложнее и дольше.

— Достаточно, вполне достаточно, — ответил Аэс. Единственной целью вопроса было прояснить, как именно маскировка оказалась поставленной. Он не мог предположить, что ее ставил сам маскирующийся, и что постановка оказалась такой быстрой и качественной. Очевидно, ошибки накапливались по мере того, как пряталась все более и более значительная часть ауры, из-за чего Аэс и почувствовал какую-то неправильность. И поэтому теперь, когда он маскировался лишь под ученика, даже он, маг седьмой ступени с трудом находил следы подделки, и то, лишь потому, что знал, где надо искать.

— Как твое имя, ученик? — задал вопрос Аэс, когда по камню уже гремели башмаки стражников.

— Тер, — немного замявшись, ответил он, — Тер-Минар, — но скрытая "тенью Шеора" аура уже не могла ничего сказать об эмоциях своего владельца.

Смолин проснулся ночью, отлично выспавшись и с великолепным расположением духа. Вчерашний день, а точнее, какие-то пятнадцать-двадцать минут вымотали его до предела, а плотный обед и какой-то эликсир добили окончательно. Он не помнил, сам ли дошел до кровати, или его принесли, не знал даже, где именно находится его комната. Но стойкое ощущение, что он, наконец-то оказался там, где нужно, уже не покидало его.

Вчера ему крупно не повезло и повезло одновременно. Не повезло с тем, что он нарвался на Аэс-Шаера, одного из сильнейших магов Каххара, а не какого другого мага помельче. В его проигрыше не было ничего удивительного, ведь таких поединков в жизни гроссмейстера было немало. И повезло с этим же, с тем, что маг не убил его, а решил взять его к себе. Смолин ни на секунду не обманывался относительно его мотивов. Он помнил, что пару раз чуть было не пробил защиту своего противника, что несколько раз удивил его чем-то, и что именно благодаря этому смог заинтересовать Аэса. Маг его уровня наверняка обладал неисчислимыми познаниями и просто не мог пропустить что-то, чего еще не знал. Тем более что это "что-то" явно могло нанести ему серьезный урон. Еще больше ему повезло с тем, что маг оказался гроссмейстером и членом Конвента, а потому все те красочно расписанные им ужасы касательно применения магии в городе и множественного убийства его просто не касались. Ему было достаточно просто представиться и сказать, что не видит в случившемся ничего предосудительного, чтобы стража вежливо и очень быстро ретировалась.

Смолин встал и подошел к окну. С высоты примерно шестнадцатиэтажного дома вид открывался просто поразительный. Яркие и совершенно чужие звезды, незнакомая Луна освещали покрытый мраком город и порт, создавая никогда прежде не ощущаемую атмосферу тишины и какого-то уюта. Тишина, лежащая на ночном городе, была практически абсолютной, и в этом чувствовался разительный контраст с земными городами, в которых темнота, наверное, навсегда потеряла свое место. Александр перевел взгляд на небо, единственным источником света на котором были звезды. Он мысленно вернулся в родной город, в областной центр, небо которых всегда было ярко освещено отраженным светом и загрустил: удастся ли ему вернуться домой, сможет ли он найти свое место здесь?