Марина Тихонова - Тайник 21

– Что ты так беспокоишься, он же… он, ну, бродяга! Он плохой.

– Не знаю…

– Что не знаю, разве мы встретили кого-то хорошего, нормального здесь? Или надо было дождаться, пока он обернется какой-нибудь тварью, еще одним медведем, и захочет нами закусить?

– Он не похож на Мастера и на людоеда, – кажется, Кирилл заговорил.

– Ты вообще заткнись! От тебя одни неприятности! Ты ни на что не способен! Может, вы нашли для нас пищу? Чего молчите? И какой выход? Хрен знает, сколько нам ехать до этой деревни, день, трое – что вы намерены были делать?

– Он настоящий, Саш, – стараюсь взять себя в руки и зачем-то дотрагиваюсь до убитого, продолжая не верить своим глазам.

– Да мне наплевать! Дэн, разве ты не понял, нам просто нужно выжить здесь! Этот чертов тайник, эта чертова игра, если в ней такие правила – значит, такие! Ты привел нас сюда! А я намерен дойти до конца! Блин, это даже лучше, чем все, что было там, до….Здесь я знаю, чего хочу, знаю, что делать. Здесь все, Дэн, настоящее, все! Все! А не как раньше – одна видимость, видимость жизни, видимость смерти…

– Я не приводил вас сюда! – кричу, что есть сил, в висках звенит, но все равно слишком тихо, – я не хочу таких игр!

Иногда кажется, что все, что ты говоришь – правда. Ты убежден в этом так сильно, как только можно быть, потому что убежден в себе. А потом оказывается, что это была ложь, и даже винить себя не получается – просто не было момента ее проверить. Наверное, рано или поздно случай приходит, но иногда перед этим случается в конец завраться. Странно, если говорить одними прошедшими испытание словами, я бы и трех предложений не произнес вслух.

– Посмотрим! Что же ты будешь делать? – отступает, поглядывает в мою сторону с опаской.

У Киры округлились глаза. Он весь как-то сжался, и сейчас я бы ему даже четырнадцати не дал. Из леса к нам приближаются двое. Ростом меньше убитого и моложе. Один из них направляется прямо ко мне. Снова со временем какие-то неполадки. Мне удается схватить Сашкин клинок, вскочить на ноги и увернуться от первого удара, но совершенно не получается подумать.

Я не узнаю чувств, внезапно охвативших меня. Похоже на радость, к которой примешан и страх, и гнев. Дикое, неудержимое желание жить, словно проснувшееся после вековой спячки, пронизывает тело электричеством, и что-то темное, такое же страстное и яростное, идет вместе с ним. Желание жизнь отнять. Я пытаюсь еще удерживать контроль, но, увидев оскал своего противника, забываю о нем. Это больше не к чему. Он не человек. Клыки как у матерого волка. Звук, с которым они щелкают, хватая воздух, пробегает холодом по моей спине.

С Саниной помощью, мне удается подгадать момент и перерезать оборотню горло. Кровь вырывается горячей струей и лишь мельком попадает на меня, но сразу исчезает все, кроме страха, а разгоряченные вены покрываются льдом изнутри. Я опускаюсь на колени, подкатывает дурнота. Желудок пуст, только судорога проходит по телу.

– Вот ты не умеешь им пользоваться! Видел бы себя со стороны, – Сашка, как ни в чем не бывало, вытирает лезвие о траву.

– Что, и этому с ногой не повезло?

– Да все уже, не ной! – поднимает Кирилла за шиворот и ставит на ноги, – а? не, у этого с глазами были какие-то непорядки – сам не знаю, куда он смотрел?

– Ну да.

– Да.

– Саш…

– Чего? Кира, е-мое, нечего сопли развозить, собери иди их вещи! – внимательно изучает одного.

– Я… хотел сказать, – сглатываю слюну, отворачиваюсь, но повсюду в глаза лезут мертвые, – тот, ну которого я… Мне кажется, я его знаю.

– Шутишь?

– Нет, он напомнил мне Беорна. Сейчас, – останавливаю нетерпеливое восклицание, – в общем, я когда маленьким был, любил всякие истории про викингов читать, и просто – сказки разные, ну бывало и сам сочинял, когда нечего было делать. Он, – я кивнул на тело, – именно таким я представлял Беорна, которого сам же и придумал, а потом по ночам боялся. Сидел при свете, пока не засыпал.

– И долго?

– Что?

– Долго ты его боялся?

Я нахмурился.

– Оружие я себе заберу, советую поступить также со своим Беорном, да пребудет память о нем в веках…

– Пошел ты! Придурок!

Рев мотора нарушил только что набравший силу ход моих мыслей. Спустя несколько минут на поляну выехал Альберт. Остановился, раскрыл дверцы. Урчит, видимо, сытый.

– Я же сказала, от дороги не уходите! Мы с Бертом уже час вас ищем по лесу, что вы тут делаете? – веселый, но недовольный голос.

– Пошли, еще придет сюда, – Сашка, схватив вещи, бежит к Проводнику.