Александр Харников - Царьград (сборник)

– Ваше высочество, не беспокойтесь, вы скоро будете дома. Ваш муж жив и ждет вас. У меня есть письма от вашего батюшки, брата и мужа. Только прошу, будьте осторожны, если кто-нибудь узнает об этих письмах, ваша жизнь и жизнь ваших крошек окажется в опасности. – С этими словами Энн приподняла верхнюю юбку и достала из кармашка, пришитого к нижней юбке, пухлый пакет.

Я схватила пакет. Он был опечатан печатью с двуглавым орлом. В пакете находилось два конверта, на которых я увидела свое имя, написанное хорошо знакомыми мне почерками отца, брата и мужа. Энн подошла к двери туалетной комнаты, жестом показав мне, что она будет стоять на страже и подаст мне сигнал об опасности, если кто-то попытается войти. А я расцеловала присланные мне письма моих любимых, потом вскрыла их и стала читать.

Папа написал мне о том, что наши друзья, которые победили турок и оказали огромную помощь нашему государству, сделают всё, чтобы вызволить меня и моих детей из неволи. Для этого я должна делать всё, что скажут люди, которые доставят мне это письмо. Примерно то же самое писал и брат. А Фредди сообщил мне, что он жив и здоров, что по-прежнему любит меня и с нетерпением ждет встречи со мной.

Прочитав эти письма, я снова заплакала, на этот раз уже от счастья. Я хотела оставить эти письма у себя, но Энн сказала мне, что это очень опасно, и снова спрятала их в свой потайной карман на юбке. Потом она еще раз протерла мое лицо мокрым полотенцем и накапала мне успокоительных капель.

Припудрив у зеркала нос, покрасневший от слез, я вышла из туалетной комнаты. Миссис Вильсон, гулявшая по галерее, неподалеку от туалетной комнаты, посмотрела на мое зареванное лицо и, как мне показалось, желчно ухмыльнулась. «Ну ладно, миссис, посмотрим, кто будет смеяться последним».

Вечером Энн зашла в мою комнату, чтобы забрать детей для купания. В туалетной комнате уже стояла ванна с подогретой водой. Во время купания детей Энн шепнула мне, что наши друзья просят, чтобы я уговорила своих охранников разрешить мне совершить прогулку на морской яхте, принадлежавшей моему мужу. Энн посоветовала мне немного покапризничать, снова поплакать, притворно, естественно, и уговорить приставленного ко мне майора Смита, чтобы он дал добро на морскую прогулку. Яхта пройдет по заливу Ферт-оф-Форт и отправится к рыбацкому поселку Сент-Эндрюс, где расположены живописные пляжи и открываются красивые виды на скалы и луга Шотландии.

Выкупав детей, Энн помогла мне отнести их в детскую. Малютку Викторию-Мелиту, у которой резались зубы и которая по ночам часто просыпалась и плакала, я взяла с собой в спальню.

21 (9) июня 1877 года, утро. Там же

Герцогиня Эдинбургская Мария Александровна

Я не спала всю ночь. И не потому, что дочка дважды просыпалась и мы с няней, которая прибегала в спальню на ее плач, с трудом успокаивали ее. Я все время думала о письмах, которые передала мне Энн. Порой у меня появлялась мысль о том, что это возможно очередная пакость моей свекрови и что меня провоцируют на побег, чтобы таким способом избавиться от меня. Но я прекрасно помнила почерки отца, брата и мужа. Письма, несомненно, были написаны ими.

Я не представляла, как наши друзья сумеют вызволить меня с моими крошками с яхты. Ведь на ней есть хорошо вооруженная команда, которая, конечно, окажет любому, кто попытается нас выручить, отчаянное сопротивление. В этом случае могли пострадать дети. Эту возможность наши друзья должны были предусмотреть. Но, судя по уверенному тону писем папа, он считал, что все будет в порядке и наши друзья отлично справятся со своим делом.

Утром я вышла из спальни с красными от недосыпа глазами и отвратительным настроением. Миссис Вильсон, увидев мою физиономию, озабоченно посмотрела на меня и воздержалась от обычных для нее нравоучений. А после завтрака в парке ко мне подошел майор Смит и поинтересовался моим самочувствием. Я ответила ему, что, дескать, тревожные думы о судьбе мужа и капризы детей довели меня до нервного истощения. Поэтому я хотела бы немного отвлечься и совершить небольшую прогулку на яхте мужа. В свое время мы, будучи в Эдинбурге, не раз ходили на ней под парусами вдоль живописных берегов Шотландии. Возможно, что день, проведенный на корабле, свежий морской воздух и общение с сослуживцами моего любимого мужа помогут мне успокоить нервы.

Майор Смит подозрительно посмотрел на меня, потом попросил время на обдумывание моего предложения и ушел. Через четверть часа я увидела его отъезжающим на двуколке в сторону Эдинбурга.