Екатерина Флат - Академия попаданцев

– Даридадус! – завопила я. – Можно тебя на минуточку?

– Чего орем? – мрачно поинтересовался он, выныривая из-за ближайшего стеллажа. – Не знаешь, что ли, тишина должна быть в библиотеке.

– Вы с Бонифацием, между прочим, тоже там орете.

– Мне можно, я – библиотекарь. А Бонифаций – единорог, он по жизни никакие правила не соблюдает. Так ты чего хотела?

– Ты знаешь, что это? – я указала на гигантскую надпись.

– Это? – Даридадус покосился вниз. – Пророчество.

– Пророчество? – у меня даже голос осип.

– Ну да. Про избранную, разрушение академии и прочее бла-бла-бла, про которое так любят сочинять пророчества, – с пренебрежением ответил он.

– А ты конкретно можешь его зачитать? Просто я этот язык не понимаю.

– Так его никто не понимает, – призрак хмыкнул. – Надпись древнее самой академии. Это пророчество возникло само собой еще во время строительства. С тех пор с ним и носятся. Язык-то никому не известен. Уже при нынешнем ректоре удалось расшифровать немного. Да толку-то.

В его голосе отчетливо сквозило превосходство, что явно намекало на осведомленность.

– А ты случайно расшифровать не можешь? – вкрадчиво спросила я.

– Ну, допустим, могу.

– Так расшифруй! – к нам уже поднялся Бонифаций.

– Нет уж, – призрак насупился и скрестил руки на груди. – Когда я предлагал им свою помощь, они от меня отмахнулись, мол, что захудалый призрак может знать. Вот и пусть теперь погибают и академия разрушается. Мне-то что, терять нечего, я уже мертвый.

– Так ты не им помоги, а нам, – нахмурился единорог.

– Слушайте, это у меня больная мозоль! Душевная рана, если хотите! Даже не упоминайте мне про это пророчество! – теперь Даридадус надулся и на нас.

Меня осенило.

– Когда там у тебя поэтический конкурс-то?

– Через неделю, – мрачно отозвался библиотекарь. – А при чем тут это?

– Да тут мысль одна в голову пришла, – я делано замялась, – о том, как тебе стопроцентно на этом конкурсе победить. Но раз уж тебе не интересно…

– Нет уж, говори давай, раз начала! – всполошился он.

– Конечно, стихи собственного сочинения – это круто. Но такое будет у всех участников. Да и вдруг кто-то пишет лучше тебя, – протянула я и тут же спешно добавила: – Хотя вряд ли, конечно, такое возможно. Но в любом случае, это будет банально.

Бонифаций явно просек мой замысел и подхватил:

– Еще как банально! Зато какой бы фурор произвел поэтический перевод с не известного никому языка, ммм… Да и не простой перевод, а пророчество о судьбе всем известной Академии попаданцев!

– Думаете, я куплюсь на это? – Даридадус снисходительно хмыкнул и тут же признал: – Хотя да, тут вы правы, куплюсь.

– Я знал, что ты не подведешь! – Бонифаций легонько хлопнул его копытом по эфемерному плечу. – Так что, дружище, когда обрадуешь?

Призрак задумчиво почесал подбородок и покосился на надпись на полу.

– Дней пять. Где-то так. Будет вам ваше пророчество. Да не абы как, а в виде шедевра!

Я от радости даже в ладоши захлопала. Но высказать свою благодарность не успела. Окружающий мир дрогнул. Мгновенно рассыпался на множество искорок. И почти тут же собрался обратно.

Я обнаружила себя зависшей в воздухе. Но даже перепугаться не успела, как ухнула вниз. Прямо в воду.

Благо, высота оказалась небольшая, буквально с полметра – я тут же вынырнула. Происходящее никак не хотело укладываться в сознании. Ведь только что я была в библиотеке! А теперь… Теперь я каким-то образом очутилась в купальне. Вокруг по периметру горели свечи. Пахло чем-то цветочно-ванильным. Теплую воду устилало чуть мерцающее розоватое облако пены. А напротив меня в воде, облокотившись на парапет, красовался Раэль. Принц потягивал вино из высокого бокала, самодовольно улыбался и, кажется, наличием одежды не страдал. Пена толком разглядеть не позволяла, да и я разглядывать совсем не рвалась.

– Знаешь, Анжелика, я много думал о нас, – произнес он, не сводя с меня томного взгляда, – и пришел к выводу, что с тобой нужно совсем иначе…

– Как я тут вообще оказалась? – перебила я, едва ко мне вернулся дар речи.

– К чему столько возмущения? Разве тебе не нравится в моей купальне? – он лукаво улыбнулся.

Нет, ну и где в этой жизни справедливость? Кому-то целую купальню, а кому-то лишь подобие душа в крохотной комнате, да и то с живущим там единорогом в придачу!

– Не нравится, – буркнула я. – Я теперь вся мокрая.

– Так ведь в одежде в воде делать нечего, – принц хитро мне подмигнул. – Раздевайся. Могу помочь.