Екатерина Флат - Академия попаданцев

С таким выражением лица, будто застукала меня за растаскиванием академии по кирпичику, она поинтересовалась:

– И чего это ты тут ходишь? Почему не на занятиях? Думаешь, раз избранная, то можно прогуливать?

– А разве нет? – не удержалась я. На мой взгляд, избранность вообще приравнивалась к справке от психиатра с однозначным «не мешайте, она мир спасает».

Друндгильда побагровела. Тут бы и смерть моя пришла, но преподаватель травоведения засекла в моих руках коробочку.

– Что это у тебя там? – поинтересовалась она наигранно. Явно уже догадалась о содержимом коробки. Да и лютый взгляд скандировал неумолимое: «Конфеты или жизнь!»

Жизнь мне была дороже.

– Вот, – я вымученно улыбнулась, протягивая Друндгильде коробочку, – угощайтесь.

Даже спасибо не сказав, она забрала ее и направилась дальше по коридору. Еще некоторое время слышались ее причмокивания, но то ли конфеты быстро закончились, то ли она далеко ушла – все затихло.

– Хорошо, что сережки несъедобные, – я невесело усмехнулась, – хоть что-то на память осталось.

Может, эффект конфетной магии так быстро кончился, или так повлияла встреча с грозной Друндгильдой – мое радужное настроение сдулось. Да и чему тут радоваться? Савельхея не нашла. Конфеты волшебные схрумкали…

Повздыхав немного над своей несчастной долей, я решила наведаться в библиотеку. Не на менталистику же идти. К тому же оставалась надежда еще встретить где-нибудь Савельхея. Хотя он, скорее всего, сейчас был на занятиях, как и все нормальные и не избранные студенты.

Переход в нужную мне башню лежал через пустующий сейчас зал. Наконец-то удача вспомнила о моем существовании – когда я свернула из коридора на лестницу, внизу мелькнул темный властелин. Быть может, как и я, направлялся в библиотеку. Едва не взвизгнув от радости, я поспешила за ним. Хорошо хоть вопить «Савельхей! Подожди!» не стала. Как оказалось, он был не один.

Его собеседника я увидела уже на входе в зал. Едва не заорав с перепугу, тут же юркнула обратно на лестницу. Но любопытство победило даже страх, я осторожно выглянула вновь. И хотя совесть меня уже загрызала за очередное подслушивание, я решила, что раскаиваться все же буду потом.

Савельхей стоял посреди зала и почти не шевелился. Можно было даже решить, что это просто статуя с наброшенным сверху плащом, если бы не клубящаяся живая тьма.

– Зачем ты здесь? – ледяным голосом произнес он. – Я тебя не звал.

Из-под пола вновь вынырнула клочкастая тень. Она даже не имела человеческих очертаний. Больше походила на обрывок сотканной из тьмы паутины, древней и свалявшейся. Ее рваные края напоминали щупальца, беспрестанно извивались, словно их колыхал неведомый сквозняк.

– Господин-с недоволен… Господин-с гневается… – шипение тени перемежалось свистом. Да и сам голос казался лишь эхом чужого предсмертного хрипа.

– И что? – невозмутимо парировал Савельхей. – Меня это не волнует.

– Нельзя-с перечить господину… Господин-с этого очень не любит… – тень словно не в силах была находиться на одном месте. Втягивалась в пол и тут же выныривала в другом месте зала. Я все боялась, что она вот-вот меня заметит. Но, к счастью, все ее внимание занимал Савельхей.

– Господин-с требует высвободить силу… Господин-с требует возвращения… Иначе-с господин накажет… Гнев… Гнев, да… И смерть… – тень вынырнула буквально в шаге от меня, тут же повеяло могильным холодом. Меня буквально парализовало от страха, я при всем желании не смогла бы сбежать. Хорошо хоть, меня по-прежнему не замечали.

– Смерть-с… Я чую… Да-да, смерть-с!.. – в хриплом шипении смешивались злорадство и восхищение. – Она-с уже здесь… Она повсюду… Она ждет… Скоро-с… Совсем-с скоро черный жнец начнет свою жатву… Господин-с будет рад… Я передам-с… Вы-с здесь не зря…

Я кое-как нашла в себе силы двинуться с места. Прислонилась спиной к холодной каменной стене и медленно сползла на ступеньку. Сердце колотилось, будто бы отбивая набат. Что же это получается? Савельхей здесь не просто так. Само собой, обучение в академии его не интересует, это явно лишь предлог. Неужели он преследует какие-то темные цели? А что, если он и есть тот самый вражеский шпион, о котором упоминал ректор?

Наплевав на страх, я поднялась и решительно вышла в зал. Намеревалась напрямую расспросить обо всем Савельхея. Даже если это будут последние вопросы в моей жизни. Но, увы, спрашивать уже было не у кого. И темный властелин, и шипящая тень пропали.