Александр Мазин - Вождь викингов

– Так и есть! – возмущенно поддакнул Гримар, который, будь у него корабль, тоже шел бы в главном строю. Наверное, ему и без корабля нашлось бы место среди хирдманов Бескостного, но он решил, что со мной будет лучше. И, похоже, раскаивался в этом решении.

Но вопрос был поставлен ребром, и я должен был ответить. Авторитет – такая штука, что потерять его легче, чем приобрести.

– Лейф, тебе знакомы эти места? – спросил я. Весельчак прочно завоевал себе место среди старших. Воинское мастерство, ум, опыт, а главное, жизнерадостность располагали к нему людей.

Норег покачал головой.

– Тогда позови сюда Дика с Уиллом. Слушайте внимательно, – сказал я моим англичанам. – Ваша задача: вспомнить, где тут впереди очередное монашеское гнездо?

– Двадцатью милями выше по реке – обитель бенедиктинцев, – уверенно ответил Дикон. – У них столько пахотных земель, сколько есть не у каждого олдермена. А они еще и деньги в рост дают. Мы дойдем до нее завтра. Но там наверняка много воинов.

– Много – это сколько? – поинтересовался я.

– Может, сто, может, и больше. Еще они ополченцев могли призвать, тогда и до тысячи наберется. Я бывал там.

– Бенедиктинцы, значит… – проговорил я. – Что ж, посмотрим на них. Но не завтра, а сегодня.

Пусть у меня не так много людей, как было у Хрёрека, но выбора нет. Я должен что-то сделать. Это вызов, в конце концов!

Просто так обогнать Ивара было бы неправильно. Надо было испросить официальное дозволение. В шатер Бескостного меня пропустили без помех.

– Ульф! – благодушно приветствовал меня старший Рагнарсон. – Садись, выпей. Эти англы – настоящие навозные черви, но эль варят неплохой.

По его знаку мне подали кубок. Серебряную церковную чашу с дивной чеканкой на какую-то библейскую тему. Раньше я ее у Ивара не видел.

Эль тоже оказался замечательным.

– Бери! – милостиво разрешил Бескостный, увидев, с каким интересом я разглядываю чашу. – Один щедр к нам с тобой, потому что он нас любит. Я рад, что ты теперь со мной.

– Да, я с тобой, – согласился я. – Но я еще и человек Хрёрека-конунга.

– Морского конунга [32] В отличие от конунга настоящего, с подобающими конунгу землями и ярлами-данниками, морской конунг – это предводитель нескольких боевых кораблей. Также должен напомнить, что по норманскому праву, чтобы стать конунгом, надо себя таковым объявить. То есть приплыть в какой-нибудь, скажем, норвежский фьорд и заявить: теперь я ваш конунг, и вы будете платить мне дань. И если никто не станет возражать, то ты и есть конунг. А если придет другой конунг и проломит тебе голову, значит, конунг всё-таки он. , – пренебрежительно бросил Ивар. – Ты свободный человек, Ульф-хёвдинг. Тебе решать, кому принести свой меч. Хрёрек Сокол не тот вождь, с которым стоит ходить в вики. Думается мне, он растерял свою удачу, когда выступил против моего брата Сигурда. Нет, мне Хрёрек не враг! – заметив выражение моего лица, уточнил Ивар. – Но Сигурд Рагнарсон – не тот человек, которому стоит заступать дорогу. Вложи свои руки в мои, Ульф-хёвдинг, и я сделаю тебя своим ярлом. А когда придет время, ты получишь и землю, достаточную, чтобы прокормить и тебя, и твоих воинов. Может быть, здесь, в Англии. Здесь хорошая земля, лучше нашей.

Щедрое предложение от человека, у которого нет даже собственного удела. Интересно, поговорку о шкуре неубитого медведя он слыхал?

Впрочем, я вполне мог допустить, что Ивар говорит серьезно. Но до чего же у него жуткие глаза!.. Договариваться с таким – всё равно что сделку с дьяволом заключать. Хотя, если вдуматься, кто такой Один, как не дьявол? Вот и отец Бернар того же мнения.

Понятное дело, ничего подобного я Ивару сказать не рискнул.

– Благодарю, конунг, за щедрое предложение! Но я не хочу, чтобы моя дружина кормилась от земли. Мне больше по нраву, когда нас кормит железо!

– Ты неглуп, Ульф, – Бескостный улыбнулся, и, как всегда, от его улыбки у меня в животе повернулся кусок льда. – Но сейчас ты сказал глупость. Что ж, ты свободный человек, и ты мне по нраву. Выпей еще и закуси вот этим… – Ивар протянул мне кусок мяса.

Я взял. Принять пищу из рук конунга – честь не меньшая, чем взять в подарок серебряную чашу. От такого не отказываются.

Чуть позже я получил разрешение на самостоятельный вояж. Правда, не сразу и не очень охотно.

Не потому, что Бескостный опасался, что я, опередив его, отхвачу что-нибудь вкусное. Отряд у меня маленький, так что большую рыбу не проглотит. Так он полагал. Рагнарсон беспокоился за меня. Вдруг злые англичане испортят такой полезный инструмент, как Ульф Черноголовый?