Александр Мазин - Язычник

– Моя земля! Отчина! Брешешь ты, Свенельдич!

– А вот за такие слова положено ответ держать, – холодно произнес Лют. – Пред людьми и богами. Готов ли ты, князек, к божьему суду?

– Готов! – дерзко бросил Олег.

– Вот и славно! – вислые усы Люта приподнялись: он заулыбался. – И кто же – твой поединщик?

– Я сам! – крикнул Олег. – Как будем биться: пеше или конно?

Лют с сомнением оглядел молодого князя. По лицу его читалось: мало ему чести победить юнца.

– Для божьего суда перекресток надобен, – подал голос один из спутников Люта.

Свенельдич одобрительно кивнул. Не хотелось ему биться с Олегом.

Боялся… зашибить.

А пока до дороги доедут, может, и передумает мальчишка. Дойдет до него, что воевода Лют – не тур лесной. Таких, как Олег, троих побьет – не вспотеет.

– Ништо! – закричал взбешенный этим пренебрежительным взглядом сын Святослава. – Истинный Бог видит все. И везде. Бейся, Лют! Или ступай прочь с моей земли!

– Что ж, молочный князек, ты сам напросился, – сурово произнес Лют и легко соскочил на землю. Длинный обоюдоострый меч будто сам собой прыгнул ему в руку. – Перун нас рассудит!

Олег вытер ладони о штаны.

– Меч мне! – потребовал он.

Один из дружинных подал ему боевой клинок. Второй. В шуйце князя уже был его собственный меч. Коротковатый, охотничий, зато на Олеге – кольчуга и шелом, а Лют – бездоспешный. Даже щита нет. Не на битву ехал воевода – на прогулку.

– Ну давай, брехун! Покажи, как ты ромеев рубил! – крикнул Олег и ловко завертел двумя клинками. Смотри, Свенельдич, и бойся.

Люта блеск двух клинков не впечатлил. Машет ловко, но сыну до отца далеко. Святославу в те же годы мало кто мог противостоять, а этот еще не понял, что в схватке не красивый замах важен, а смертельный.

– Мушка крылышками машет, скоморох под дудку пляшет! – насмешливо произнес Лют. – А где же твоя дудка, князь-скоморох? Потерялась?

Олег не стерпел насмешки. Налетел… И отлетел на травку.

Небрежным махом Лют отбросил сразу оба клинка и пнул молодого князя под коленку.

Олег мгновенно вскочил на ноги, изготовился…

Однако воевода не поторопился его добить. Глядел с мерзкой усмешкой.

– Ножка подвернулась? – участливо осведомился он. – Садись-ка ты на коня, князек, и убирайся из моего леса. До ночи далеко еще: может, успеешь зайца подстрелить. Турье мясцо – не для тебя.

Олег не ответил. Его глупый гнев улетучился, сменившись спокойной злой сосредоточенностью. Боевого опыта у него было маловато, но учили его отменные наставники, и биться он умел. Может, и не так, как отец, но не хуже любого из своих гридней.

Молодой князь стиснул зубы и вновь пошел на противника. И на сей раз не попер кабаном, а двинул неторопливо, по кривой дуге, обходя воеводу слева.

Лют не мог не заметить, как переменился его соперник, но перемена эта воеводу не смутила. В самый последний момент он ловко перебросил клинок в левую руку, умело принял удар правого меча на плоскость клинка, от левого, короткого, просто уклонился и сам сделал выпад, целя в бедро Олега. Тот ушел в сторону и сразу бросился вперед, пытаясь сократить дистанцию и отнять у противника преимущество длинных рук и длинного клинка…

Лют не позволил.

Поединок продолжался. Шуршала трава, звенело железо…

Лют был сильнее, но у Олега было преимущество. Не только броня. Главное его преимущество было в том, что Олег бил всерьез, насмерть, а Лют – играл. Воевода не собирался убивать молодого князя. Подранить так, чтобы тот не смог продолжать бой, не более.

Однако ни Свенельдичу, ни Святославичу никак не удавалось достать противника. Лют разок-другой чиркнул по Олеговой кольчуге – да и только.

Время шло. Над брошенной тушей тура кружились мухи. Люди обоих соперников напряженно наблюдали за боем. Вмешиваться никто не смел. Многие уже понимали, что Лют щадит молодого князя. В какой-то момент понял это и сам князь. Будь на его месте старший брат Ярополк, на этом бы поединок и закончился. Но Олег был младшим братом, горячим, обидчивым, всегда готовым доказать, что он ни в чем не уступает старшим. Догадавшись, что Свенельдич не хочет его убивать, Олег не прекратил поединка, а, напротив, стал драться еще яростнее… И нахальнее.

Воевода Лют больше не шутил. Берег дыхание, понимая, что бой затягивается. Оба поединщика были сильны и выносливы. Но в долгом бою часто побеждает не тот, кто сильнее, а тот, кто умеет беречь силы.

Дело решила случайность. Назойливый слепень, сунувшийся прямо в глаз Олегу.