Александр Мазин - Римский орел

«Вынос тела» приветствовало трио братьев Ингенсов: свистом и одобрительными возгласами в адрес дочери Африки.

Тем не менее впоследствии никто из братьев подобной чести не удостоился. Хотя все трое напрашивались.

Так и лежал Геннадий Черепанов в теплой водичке, попивая разбавленное винцо, поднесенное банным служкой, когда по нагретому камню протопали подкованные калиги и у края бассейна присел на корточки старший кентурион Первого Фракийского Сервий Феррат.

– Ты как, Череп, серьезные вещи слушать в состоянии?

– Безусловно.

Вот так и кончается все приятное в жизни.

– Не напрягайся, кентурион, – успокоил Железный. – Казнь твоя откладывается на неопределенный срок. Наш общий друг очень хотел бы знать имена зачинщиков утреннего безобразия. Ты их знаешь?

– Ну-у…

– Все в порядке, кентурион. Я тоже их знаю.

– И что? – Вот теперь Черепанов встревожился по-настоящему.

Феррат похлопал подполковника по мокрому плечу.

– Ты думаешь, истребитель варваров, я не знаю, что происходит у меня в легионе? Или полагаешь, будто в моем легионе могут возникнуть какие-то беспорядки без моего одобрения?

– Значит, ты…

– Ни слова больше! – оборвал его Феррат. – Слушай меня. Согласно донесениям разведки, группа варваров числом до полутысячи собирается форсировать Данубий примерно в двухстах милях отсюда. Я намерен отрядить для патрулирования данной области либурну [145]«Юнона Справедливая» и десять турм легкой конницы под командованием субпрефекта Азиния. Вы знакомы?

Черепанов покачал головой.

– Он из всадников (Черепанов не сразу сообразил, что имеется в виду сословие всадников [146]), толковый, но опыта никакого. Это его первое самостоятельное задание, так что он будет стараться.

– А при чем тут я?

– При том, что на либурне будет военный отряд численностью в одну кентурию. И командир этой кентурии будет руководить всей операцией. Ты, наверное, уже догадался, кто этот кентурион?

– Догадался, – кивнул Геннадий. – Вопрос: ты просто хочешь услать меня из лагеря или там действительно ожидается прорыв?

– Ну-у… – Старший кентурион пошевелил толстыми пальцами. – Кое-какая информация на этот счет имеется. Но не более того. Такая информация приходит постоянно, но лишь в одном случае из двадцати оказывается правдой. Твое задание таково: патрулировать участок побережья примерно в сотню миль. Там есть два городка и маленькая крепость с гарнизоном численностью около кентурии. Всеми тамошними резервами ты тоже можешь располагать, но учти: это в основном ауксиларии [147]и ослы из городского ополчения. Такие еще могут постоять на стенах, но в поле от них толку немного. Недели через три вернется Максимин. За это время ты должен обеспечить границу и организовать патрулирование так, чтобы после твоего отбытия Азиний со своей конницей справлялся там самостоятельно. Ясно?

– Более или менее.

– На подготовку два дня. У тебя потери в кентурии. Можешь набирать людей из солдат вашей когорты. Пондуса я предупредил. Все необходимое получишь в квестории. – Старший кентурион выпрямился, хрустнув коленями. – Завтра утром, сразу после побудки – ко мне.

– Так точно. Спасибо, Феррат!

– Угу. С тебя причитается. Мне и префекту Митрилу. Он выпишет тебе документы. Уж не знаю, чем ты приглянулся Скорпиону, но это его идея.

Старший кентурион повернулся и двинул прочь. Черепанову так и не удалось раскусить этого человека. Сервий Феррат, с самого начала показавшийся ему туповатым старым служакой, как правило, выглядел именно таким. Но время от времени демонстрировал ум и проницательность, никак не укладывающиеся в этот образ.

Геннадий Черепанов – он же кентурион Череп, он же ветеран римской армии Рутгер – неторопливо и основательно потреблял вино с представителем вероятного противника.

Представитель, борода лопатой, косая сажень в плечах, килограмма три драгметаллов, равномерно распределенных по одежде и фигуре, вообще-то противником не считался. Наоборот – союзником. Поскольку жил на условно контролируемой Римом территории и получал от Рима мзду на «военные расходы». Небольшую, впрочем. Годовая смета кентурии Черепанова была раз в пять больше. Но кентурия служила Риму, а «представитель» служил исключительно себе. И своим родичам.

И, судя по отдельным косвенным репликам, тоже бывал по ту сторону «европейского Нила». И вряд ли в качестве мирного туриста.