В середине зала стоял каменный трон, на котором восседал золотой демон в сверкающих доспехах, с хвостом, мечом и трезубцем в руках, но без головы.
– Майн Рид отдыхает! – невольно прошептал Арнольд, поёжившись и ощутив себя муравьём в этом гигантском зале.
– Ты король? – голосом горного обвала вопросил короля троллище до гнусности ужасного вида.
– Я – да, – храбро ответил Арнольд, постепенно привыкая к обстановке и приходя в себя.
– Возложи голову Йорла на его плечи! – посоветовал тролль, не уменьшая громкости.
Арнольд вспомнил, что Пана здесь называют Йорлом, и догадался, что гнусный троллище – король Мумми. Ещё он хотел сказать, что сначала хотел бы примерить доспехи, но звон в ушах заставил его быстро подчиниться.
– Айн момент! – крикнул он, рванулся к трону, поднял золотой самородок и воткнул его между плеч идола. Послышался колокольный звон, идол привстал на своих золотых копытах и сбросил сверкающие доспехи на каменный, присыпанный золотым песком и мышиным помётом пол.
– Хватай, кланяйся и задом иди обратно к чугунным воротам! – чуть потише и поласковей пророкотал троллище. – Повезло тебе сегодня, клейкоглазый!
– Доспехи Богов будут тебе верно служить до тех пор, пока не пожалеешь об этом, – загадочным тоном зачем-то добавил Мумми.
– Спасибо, не пожалею, – ответил Арнольд, хватая доспехи в охапку и направляясь задним ходом к воротам, непрерывно при этом кланяясь. Потом он выполз из калитки и по инерции продолжил задом наперёд подниматься по лестнице, благодаря и кланяясь.
Свежий ветер продул ему уши и мозги. Арнольд увидел себя на берегу фьорда со сверкающими доспехами в руках. Галеры нигде видно не было.
Пушан, Пан, он же Йорл очнулся после многовекового вынужденного отдыха в прекрасном настроении и самочувствии. Всё время бездействия он находился в полусне, раненая душа его сначала долго не могла решить, что лучше для неё – голова или всё остальное. Она тщательно изучила мнение большинства религиозных и философских учений о местонахождении души и пришла к правильному решению: живое тело без головы или живая голова, лишённая тела, смешны и не соответствуют статусу божества. Вывод: ждать, пока тело не соединят с головой, отдыхая при этом душой и телом от беспокойной работы бога-проводника. Голова была надёжно упрятана в глубине горы на юге, всё остальное находилось под присмотром северных троллей, смазывающих и полирующих его старательней, чем «Ганс» свой «шмайсер» перед парадом. Непонятно почему, но Йорл чувствовал при этой процедуре приятное покалывание пяточного нерва.
«Да с такими помощниками не только в пещере, я во всем мире свой, новый порядок наведу! – было первой мыслью главного бога троллей после воссоединения всех его золотых частей. – Нам и Доспехи Богов не понадобятся».
Как рассказал ему позже король Мумми, доспехи эти из Небесного Эфира сковал бог Велунд своему шефу Тору ко дню рождения в комплекте с боевым молотом. Однако когда крепыш Тор облачился в это сверкающее великолепие и от всей души размахнулся стотонным молотом, то ощутил некоторую скованность в движениях.
«А кого мне бояться? – хохотнул верховный бог белокурых бестий и, поведя литыми плечами, сбросил доспехи на закрытую хмурыми скандинавскими облаками землю. – Пусть достанутся самому достойному из викингов!»
Достойнейшим оказался гнуснейший из троллей Мумми, влекомый синдромом Диогена бродить по ночам среди унылых северных гор в поисках битой посуды, рваного тряпья и другого хлама. Сначала он с презрением отбросил ногой сияющие даже в безлунной мгле Доспехи Богов, слишком уж они не соответствовали признакам хлама, но природная жадность взяла своё. Размерчик был маловат, поэтому Мумми засунул латы под мышку и с кряхтением полез в потайной подземный ход. Доспехи задевали за стенки узкого прохода, и троллю пришлось кое-как нацепить их на себя и прижать к груди и животу лапами. Когда утомлённый и облачённый в Доспехи Богов Мумми ввалился в парадную пещеру, изображая смущённого голого купальщика, в зале проходило перевыборное собрание. Старый король троллей Зулхан уходил на пенсию – собирался провести остаток дней на берегу моря, прикинувшись замшелой скалой.
Десяток самых обросших карликовыми берёзками троллищей битых три часа с пемзой у ртов доказывали древность своих гранитных покровов, когда внимание всех привлёк громкий шум – пред высоким собранием предстал Мумми в сверкающем и лязгающем облачении. Лапы его как бы сжимали, на манер трефового короля, невидимые скипетр и державу.
Читать дальше