Владимир Белобородов - Норман

За все с меня запросили пять золотых.

– А это платье сколько стоит? – спросил я, указав на платье, похожее на то, в котором Софья была в день спасения, только, разумеется, целое.

– Я думаю, молодому человеку не по карману – пятнадцать золотых.

– Подождите пять мер. – Я вышел из лавки и пошел к харчевне.

– Сколько? – сразу спросил отец.

– Пятнадцать.

– Ого! – воскликнул он, но требуемую сумму дал.

Я вернулся, отсчитал деньги и еще на оставшиеся пять золотых взял сапожки, правда, долго гадал с размером.

– Может, вам доставить?

– Неплохо было бы, трактир «Усталый купец», спросите Ровного, любого. Стоить будет…

– Бесплатно. Через часть доставим. – Продавец низко поклонился.

Я вернулся в харчевню:

– Да чтоб я еще раз!!!

Отец с Солдом рассмеялись, Малик не понял.

– Пива? – спросил Солд.

– А нет чарки настойки?

Отец с Солдом расхохотались еще сильней, но просьбу выполнили.

Пошли дальше и почти сразу наткнулись на оружейную лавку. Зашли, не сговариваясь. Лавка оказалась знатной. Чего там только не было: мечи, кинжалы, арбалеты, луки, вплоть до эльфийских. Хозяин – гном, почти сразу стал предлагать нам разные варианты, чувствовался явный купец. Но когда я показал ему меч и попросил подыскать ему пару, в смысле кинжал, он замялся. Через пару мер тихонько произнес:

– Норман.

Я машинально повернулся.

– Приветствую, Дарре, – прошептал гном.

– И тебе многих кругов, Дарре. А почему шепотом?

– Мастер Кальд сказал, что вы можете скрывать свои имена, поэтому и не говорю громко. Позвольте представиться, Налад, мастер-оружейник.

– Я рад, что мастер Кальд помнит меня. Можете говорить громче при моих родных, они знают Дарре Кальда.

– Мастер Кальд просил напомнить, что приглашал вас.

– Я обязательно появлюсь в Черных горах, но не сейчас, возможно, после холодного сезона. Если сумеете сообщить об этом Кальду, обязательно скажите, он поймет, почему не могу приехать.

– Хорошо, Дарре.

– А как уважаемый гном узнал меня?

– По мечу, мастер Кальд подробно описал его в письме всем гномам и просил помочь, если возникнет сложная ситуация.

– Сложной ситуации нет, но что вы могли бы порекомендовать нам, Дарре, из кожаных доспехов, для меня и вот этого юноши, так, чтобы не привлекать внимания?

– Я гном, у меня только металл, но есть знакомый, который предложит хорошую кожу по сходной цене. А разве Дарре не предпочитает металл?

– У Дарре есть кольчуга гномьей работы с облегчающим амулетом, – вклинился в разговор отец, – но он ее не носит.

– Она привлекает внимание, что сейчас ни к чему. А уважаемого гнома интересует пара мечей на продажу, гномьей работы, хотя мы – не гномы, можем и ошибиться.

– Конечно, приходите, – оживился торговец. – А сейчас пойдемте, провожу к другу.

Я разорил отца еще на пять золотых при покупке кожаной брони для нас с Маликом и Солдом. Причем последних золотых, за исключением денег на крупы, соль и посуду. У отца как настоящего купца все расходы были распределены. В довесок к броне выпросил у оружейника перчатку для стрельбы из лука, на большом пальце которой была бронзовая накладка. Мне перчатка показалась удобней перстня. На следующий день гном выкупил у нас три меча, один – за пять, два – по пятнадцать золотых, купил все четыре кинжала по золотому и посоветовал, где продать два эльфийских лука по шестьдесят золотых. Так что деньги у нас были.

После продажи луков мы вышли в прострации. Никто не ожидал, что творения эльфов стоят так дорого. И почти сразу же я столкнулся со знатным, даже чувство дежавю проснулось.

– Ты, навозная слизь, откуда выпала? Кобылья моча, не видишь, куда прешь?

– Может, прикусишь свой змеиный язык? – вдруг вспыхнул отец. – Или засунешь его куда-нибудь?

Пока офигевший дворянин переваривал сказанное, его отец или дядя, в общем, сопровождающий, разразился тирадой:

– Ты! Смерд! С кем разговариваешь?

– Я, Рамос эн Ровен, таких неучтивых десятками порол и не собираюсь с тобой, свинья, разговаривать по-другому.

– Это безземельные настолько обнищали?

Видок у нас правда был не очень, переодеваться мы не стали, ходили в том, в чем приехали, то есть в мешковатых деревенских рубахах и брюках.

– Настолько же, насколько земельные пропили свое дворянское достоинство, раз не представляются.

– Эдегар и Жерман эр Соруа, завтра на северных воротах.

– Вы даже не помните, кто назначает время и место, ваше оскорбление вы сможете смыть кровью или не прийти с позором, завтра в первой четверти на восточных воротах. Рамос и Норман эн Ровены.