Сергей Мельник - Попаданец (Барон Ульрих) (СИ)

— Верю. Знаю. Ну и за совет спасибо, как говорят: „Предупрежден, значит вооружен!“.

Дни у меня полетели насыщенные до предела, я вставал, вернее, поднимался с первыми прыжками Ви, и ложился за полночь. Помимо моего обучения грамматике и правописанию, себе в нагрузку я взял географию, благо преподаватели были благодаря стараниям сквайра Энтеми.

Учеба, плюс пробные уроки в управлении баронством от сквайра, кое-какие встречи с влиятельными людьми ну и в дополнении ко всему уроки жизни от капитана Гарича.

Так уж сложилось, что здесь в приличном обществе дворянин обязан быть при мече, а уж по первому зову короля встать с воинством под его знамена, защищая интересы своего сюзерена.

Глобальных воин, уже больше двух столетий не случалось, но вот мелкие недоразумения, такие как дуэли либо, же банальный грабеж на дороге, являлись непременным атрибутом современности и всего прогрессивного человечества.

Со слов моего окружения, уважающий себя аристократ должен первым делом по прибытию в столицу, выиграть или проиграть пару дуэлей, иначе его все будут считать размазней или же слабаком, с которым не стоит иметь никаких дел.

В столице мне делать пока совершенно нечего, но вот памятуя о бароне Турпе, совсем не хотелось быть заколотым на дуэли. Хоть я и мог отказаться от этой понажовщины, но вот репутация и благопристойность, а так же, то, что обо мне будут думать и говорить люди, здесь важно. Даже если мне самому, по большому счету наплевать на всех с высокой колокольни.

Впрочем, я не я буду, если не выскользну ужом из этих варварских игрищ. Не забывайте я врач, мне нужно руки в тепле держать.

Но как говорится, лучше пере бдеть, чем не до бдеть.

Поэтому час утром и час вечером, я проводил с капитаном в спарринге на учебных, деревянных мечах.

— Мой господин! — Гарич, атаковал медленно, но довольно увесисто, на прямую его меч я останавливать боялся, так как он физически своим ударом мог вогнать в меня свой учебный меч вместе с моим в придачу. — Вам бы надлежало обучаться у рыцаря, я, конечно, смогу вас немного подучить, но воинскому этикету вряд ли обучу.

— Гарич, к черту этикет! Ты должен учить меня убивать и не умирать, и если чтобы остаться в живых, мне нужно кому-то заехать сапогом по яйцам, то я должен вогнать свой сапог так, что он войдет с низу, а выйдет у противника изо рта! — Я уставал до дрожи в руках на его тренировках, но бросать не собирался.

Радовали меня и успехи Ви, у девочки стало хоть немного, но что-то получатся и хоть я все еще опасался, того что она могла как-то раскрыть наш истинный облик, все же был вынужден все чаще и чаще отпускать ее с другими людьми. Будь то преподаватели, старый Дако, либо слуги, периодически снимающие мерки для ее нарядов.

Вот еще с нарядами у меня началась война. Суть местной моды сводилась к дутым рукавам и штанам на подобии галифе, то есть узкий низ на икрах и форменное безобразие в районе попы. Ко всему прочему последним писком недобитой моды было жабо, этакие кружевные бабушкины панталоны которые мне предписывалось носить на шее. Это ужас.

Вы только представьте себе бархатный дутый жилет весь расшитый золотом, который сшивался нитками на спине. Что мне потом с ним делать? Спать в нем? Жить в нем? Как долго?

К черту я послал все эти костюмы в первый же день, как их увидел. Сквайр Энтеми вызвал мне из города портного с образцами тканей и узорами, через которого я уже и пытался хоть как-то удовлетворить свое виденье мира, и не выглядеть белой вороной в обществе.

После не продолжительных размышлений из памяти я смог извлечь только Петра Первого, с его камзолами и высокими сапогами. С тканями особо не мудрил, черный цвет либо, темно коричневый, с украшениями не частил, не только из-за того что не люблю аляповатость, но и из-за природной жадности. Сами посудите, куда это годится ходить по улице с золотыми пуговицами? А если оторвется? Я же потом ночью спать не буду.

В общем, дела и заботы, но приятные и что называется по душе.

Читать я научился уже на второй месяц моих занятий, правда, с письменностью еще марал как курица лапой. В этом мире, для меня новостью стало то, что книги тут были практически все в единичных экземплярах, писались редко и стоили очень дорого, уже не говоря о том, что бы их достать.

Выручил Дако, обладавший небольшой библиотекой и привезенное жизнеописание Рингмаров, последней записью остановившееся на моем как бы дедушке. Чтение, давало пищу для ума, особенно переписка Каливара, его деловые записи, что называется дебет с кредитом.