Андрей Красников - Уничтожение

— Спасибо. Собственно, я по дороге заглянул на камбуз, попросил собрать небольшой ужин — боялся, что вы здесь проголодались...

— Ужин — это замечательно! Но неужели вы заглянули ко мне только по этому поводу?

Аналитик смущенно махнул пакетом.

— Дело в том, что я внезапно понял, что мне совершенно не с кем поговорить о том, что я сегодня обнаружил. Вот и вспомнил про вас. Вы не заняты?

Лиззи, возясь с кофейником, безмятежно махнула рукой.

— Свободна, как томагавк в полете. Выкладывайте.

— Я сегодня наблюдал за картинкой со спутника...

— Да подождите вы. Из пакета все выкладывайте, сейчас сообразим ужин. Там и расскажете.

Зашедший в гости Джонс, несомненно, был весьма умным человеком, но в плане бытового общения заметно тушевался. И стеснялся резать мясо медицинскими скальпелями.

— Давайте я сама, — Элизабет, отобрав всю инициативу себе, принялась сервировать нехитрый ужин. — Так что там у вас стряслось?

Рассказывать интересно Джонс не очень умел, но Лиззи все равно слушала внимательно, попутно уплетая жареную свинину. По рассказам аналитика получалось, что у корабля осталось всего ничего времени для спокойной жизни.

— А дфеф... — доктор покраснела и торопливо проглотила кусочек мяса. — А днем какая ожидается температура в ближайшее время?

— Температура днем на удивление стабильна, — задумчиво произнес ее собеседник, рассеянно рассматривая мисочку с салатом. — Днем все время от плюс шестидесяти до плюс семидесяти пяти. Утром прохладней, в полдень теплее... Проблема в том, что день с завтрашнего дня будет стремительно сокращаться. Мы уходим в тень погасшей звезды и к вечеру она просто будет перекрывать нам вид на солнце. Еще пять дней — и все, ночь.

— А чем это объясняется? Я помню, нам коммандер говорил, что будет холодно. Но не настолько же.

— Сам не понимаю. Какая-то аномалия, но я не понимаю, какая. Кстати, при таких температурах не исключено, что у нас на палубе будут образовываться лужицы из инертных газов. Здесь в атмосфере достаточно много ксенона — вполне себе может получиться неплохая роса.

Элизабет внезапно пришла в голову мысль.

— А вы думали, что будет, когда над нами пройдет горячее солнце? Это же будет через несколько дней после того, как мы уйдем в тень, верно?

Аналитик замер, похоже, обдумывая вещь, до которой раньше ему не было дела. Мисс Кокс даже немного возгордилась от осознания того, что подбросила ему эту мысль.

— А вот проход солнца вполне себе может стоить нам всем жизни... — задумчиво пробормотал гость. — Элизабет, я вынужден откланяться! Прошу прощения, но вы затронули очень важную тему. Приятного аппетита.

Четырехглазый исчез, словно по мановению волшебной палочки, оставив удивленную Лиззи в компании недоеденного салата.

— Да и черт с тобой, — мудро заметила девушка, включая звук на телевизоре, где в это время устраивавшийся на ночлег Тони проклинал неожиданный холод и старался как-то согреться в тонюсенькой палатке.

Десантник Фил Скотт. 3409.

Фил, весело проведший целый день в компании пива и барбекю среди деревьев, окружавших береговую базу, расплачивался за это во время второго выходного. Ему выпало оказаться в числе счастливчиков, которые на моторках катали по бухте всех желающих.

Желающих было на удивление много — люди, до этого момента практически не показывавшие носа из стальной коробки, с радостью пользовались случаем познакомиться с природой чужой планеты. Филу, на правах старожила, успевшего даже поучаствовать в высадке к городу аборигенов, приходилось отвечать на десятки идиотских вопросов.

— А вы вблизи чужих видели? — полюбопытствовал молодой матрос в несколько затасканной робе.

— Нет, я дежурил на десантном корабле.

— Здесь вообще опасно? Я думала потом прогуляться по берегу.

Это спросила уже пышнотелая пожилая леди с камбуза.

— Единственная разведанная реальная опасность, угрожающая жизни — это красные водоросли. По берегу можно гулять спокойно.

— Нам можно выйти через пролив к океану? — вопрос прозвучал от довольно милой девушки с офицерскими повадками. Фил мысленно взвыл — в каждой группе, которую он сегодня катал по бухте, находился умник, желающий посмотреть на океан.

— Нет, мисс, запрещено. Слишком сильный прибой.

— Красные водоросли — это вот это? — нервно поинтересовался матрос.

Десантник кинул взгляд за борт лодки и тихонько выругался. Только что бывшая идеально чистой и прозрачной, вода бухты стремительно обретала красноватый оттенок.