Иван Безродный - Массандрагора. Взломщики

– Вы как всегда правы, Натан Аристархович, – с прохладцей ответила Караваева. – Вы знаете мое отношение. Вот только эта ваша увлеченность шаманами, я бы даже сказала… э-э…

– Одержимость, ты хочешь сказать? – прищурившись, подсказал Кассиус.

– Заметьте, это ваше слово, но можно сказать и так, уж простите. Я вовсе не против этих фокусников, я очень даже за. Ведь они имеют связь с Машиной, мистическую с виду, но вполне материальную по своей природе, по крайней мере, я очень надеюсь на это, пусть она еще и не до конца изучена. Определенно техношаманы – феномен, требующий детального изучения и широкого использования. В будущем, разумеется. Однако это не значит, что мы можем использовать их направо и налево буквально по любому поводу… Мало ли что они там говорят! Иносказательность их заявлений бывает просто запредельной, к тому же эта ваша Лиля – еще ребенок! Она же даже не аттестована! Как можно полагаться на ее… это даже стихами не назвать, на ее, простите великодушно, по-детски убогие попытки призвать духов природы для решения серьезных, глобальных проблем Мультивселенной? Это, знаете ли, уже слишком!

– А вот это ты зря! Зря, Василина! – покачал головой Кассиус. – Использую я ее именно потому, что она не аттестована различными нашими комиссиями и потому не находится… хм… под колпаком у спецслужб – как еще один странный образчик вмешательства Машины в жизнь обычных людей. Она должна быть чистой ! Ты пойми, мы с тобой просто обязаны использовать шанс, на который намекает Лиля. Да, неофициально и да, при несоблюдении некоторых правил безопасности. Но что у нас на кону? На кону – контроль, а проще говоря – власть над Мультивселенной, власть Метростроя, между прочим! Наконец-то мы наведем везде порядок. Ведь «Офелия» – не только мое детище, не я ее начинал, это проект нескольких поколений, ты же знаешь. И теперь – всё под нож?! Какие-то толстозадые академики и узколобые генералы решили, будто ему конец?! Вот так вот – совершенно безосновательно, раз – и все? Как так можно? Наша «Офелия» еще выстрелит, обязательно выстрелит – и именно в связи с Великими Вычисленными! Один из которых – твой Соломон. Ты разве не гордишься этим фактом? А стоило бы.

– Вычисленные, хоть великие, хоть самые обычные, – просто красивый, довольно примитивный миф, один из миллиона мифов Мультивселенной, – тихо, но твердо произнесла Василина. Она знала, что шеф так не считает, с ним вообще бесполезно было спорить, но и она свою позицию не скрывала.

– И все же тех, кто определяет судьбу миров, можно вычислить! – убежденно произнес Кассиус. – Не нам, конечно, а ей – Машине! Это же ты можешь допустить, ну, чисто математически, почти что абстрактно? А шаманы лишь доносят эти сведения до нас, пусть и в иносказательной форме. В свою очередь мы по мере сил пытаемся эти факты как-то использовать – для улучшения качества нашей жизни. Простая цепочка, не правда ли?

Караваева скорбно поджала губы.

– Но эта девочка… – наконец сказала она. – Если уж на то пошло, нам нужны серьезные шаманы: тот же Доронин, например, или Анна Бахнова, знаете ведь ее? Вот если бы эта парочка была сейчас здесь – я бы еще поняла вас! Но девятилетка с потугами на поэтический вкус…

– Нельзя Доронина, тем более нельзя Бахнову! Мы привлечем к себе ненужное внимание, как же ты понять не хочешь! – прошипел Кассиус. – Недруги не спят! Не спят и так и видят, как разносят в пух и прах наш северо-западный филиал. Нас вообще закроют, к чертовой бабушке! – Кассиус насупился. – Да, с одной стороны, нехорошо – супротив высокого начальства идем, но с другой – а что мы такого сделали? А ничего! Соломона этого контролировать мы не будем, особые средства на него тоже не выделим – как работал, так и работает – Лидия ведь так и наказала! Мы просто, ты и я, между собой решили, что Павел этот – некий Великий Вычисленный, мифический термин такой, вот и все! Ничего серьезного в «Офелии» ему не поручай, но пусть считает, будто находится в гуще событий; и никакого реального доступа к аппаратуре, а то еще действительно набедокурит малец… Ну и слежку с него снимем, невелика проблема, в контексте одного-то человека… Так что я никакого криминала здесь не вижу!

«Боже, что мы делаем! – устало размышляла Василина. – Что он такое несет? Совсем старый стал наш Натан Аристархович».

– Хорошо, – вздохнула она, – но больше ни на что такое я не подпишусь, так и знайте.

Шеф заметно успокоился и снова повеселел: