Иннокентий Белов - Слесарь

- Ты прав, Крос, против умелого воина мне уже не выучиться, но для боя с похожими по силе противниками, теми же Крысами, должно хватить. Если я продолжу заниматься. А так, я и не собираюсь зарабатывать этим на жизнь. Хочу тихую, мирную работенку. Поработал и домой, спать на кровати и не подпрыгивать от шорохов.

- А что собираешься с Ланкой делать? Она на тебя глаз положила, - продолжил Крос, – Не обижайся, но ты не очень понимаешь, что с ней делать? Так ведь?

Я остановился и опустил копье. Подумал, совет мне точно пригодится, хоть даст какую-то опору для размышлений.

- Да, старина, не очень понимаю, что с этим делать, - нехотя признался я.

- Далеко я не заходил с Ланой, и что - теперь должен жениться? Какие в Гильдии правила? – задал я давно интересующий вопрос.

- Ну, Гильдию это не касается, тем более ты уже выходишь из нее. Это касается тебя, Ланы и ее отца. Ты разговаривал с ним?

- Нет, даже не общался. Никто нас не видел вместе, она осталась невинной. Могут быть претензии?

- Вряд ли. Если бы ты совратил девицу, вас бы застукали, и то - это не повод, скорее позор для нее. Вот, если пообещал жениться и обманул, то родственники могут с тебя получить, попробовать. Вас не видели, ты ничего не обещал при людях – повода беспокоиться нет.

- Ладно, между нами, хороша она? – все не мог успокоиться Крос.

- Между нами - очень хороша. Больше не могу ничего сказать. Пойдем на обед.

На обеде я опять отдал свое пиво Кросу, а из трапезной меня позвали за расчетом.

Шел я в небольшую комнату за общим залом с серьезным настроем. Как тут считают долю, могут ли обсчитать?

Выдадут сейчас горсть медяков и пошлют на выход, что делать?

Присел напротив управляющего, и казначея - в одном лице. Да, в Гильдии все держится на одном человеке, опасно это для организации. Попадется честолюбивый или самовлюбленный человек и пиши пропало, все разрушится или пойдет враздрай.

Сзади скрипнула дверь, я оглянулся и, с облегчением, увидел входящего Альса. Казначей тоже посмотрел, только с неудовольствием, это я очень явственно почувствовал.

- Ну, точно хотел обсчитать, - понял я. Ладно, я приготовился биться за свои деньги, а значит, и независимость.

- Так, доля от добычи мяса, - загундосил казначей, - Как Носильщик – две доли…

- Как Ученик Охотника, - поправил казначея Альс, – Как Ученик.

Казначей прямо аж глазами сверкнул на Альса, но спорить не стал.

- Как Ученик – пять долей от добытого на стоянке мяса – два тайлера, шесть данов, четыре грольша, пять тальшей. От шкур и прочего – тридцать восемь данов, три грольша и один тальш.

Ого, под три золотых тайлера, полгода скромной жизни в городе. Отлично.

Теперь я почувствовал себя гораздо увереннее. Только, как казначей посчитал так быстро, ведь суммы сильно дробные, и он уже был готов. Значит, уже было посчитано, и он просто хотел меня обсчитать. Думаю, с не особо грамотными Охотниками, это постоянно происходит.

- А сколько всего долей, и сколько посчитано мяса, и сколько шкур и прочего? – спросил я и скосил глаза на Альса. Тот кивнул мне незаметным движением головы. Казначей чуть не зашипел от возмущения, но, когда Старший Мастер недоуменно поднял бровь, сразу затих. И достаточно противным голосом стал перечислять:

- Собрано мяса примерно на двадцать пять тайлеров, шкур – на шесть тайлеров с половиной. На стоянке погиб в самом начале Ученик Охотника Карн Ольсер, его доля уменьшается до Носильщика и передается его семье, Мастер Тонс погиб в последний день, его доля переходит в Гильдию, ибо наследников у него нет. Понижен до Охотника. После передачи доли семье Ольсера - обязательства Гильдии перед семьей окончены.

Вот как интересно, если Охотник погибает – считается, что он не справился, подвел Гильдию

- Дайте посчитать, - перебил я казначея, тот покраснел и задышал прямо возмущенно.

- 25 тайлеров – треть от добычи мяса – восемь тайлеров с третью, шкуры и прочее – четверть от добычи – один тайлер и сорок данов. Так? – я настойчиво смотрел в покрасневшее лицо казначея.

-Так, - очень нехотя подтвердил тот.

- Носильщик – две доли, Ученик Охотника – пять долей, Охотник – восемь долей, далее называть доли я не стал, так как Тонс был понижен до Охотника.

- Значит на нашей стоянке делим на пятнадцать долей. Восемь тайлеров и треть – примерно 533 дана, делим на 15 долей и умножаем на пять, - эти подсчеты я сделал про себя и огласил итог.

- Мне причитается 177 с половиной данов – то есть два тайлера, сорок девять данов и пять грольшей, тальши не будем считать. Это за мясо.