Они секунду разглядывали нас, после чего открылись двери метровой толщины, за которыми находилось тёмное помещение с квадратным бассейном в центре. Света с улицы хватило, чтобы примерно оценить его размеры — около пяти метров и дорожка трёхметровой ширины по периметру.
Из неприметной двери вышла дряхлая старушенция в халате и тонких белых тапочках. Она имела странные, полностью белесые глазаа, которыми критически оглядела нас с ног до головы. После чего, небрежно махнула рукой в сторону бассейна.
Носильщики опустили нас в холодную жижу, которая напоминала густые сопли и, вручив мне ноги Арена, покинули помещении. Дверь в туже секунду бесшумно закрылась, и мы остались в полной тишине и темноте.
Бассейн был неглубокий — около метра. Моя голова была над слизью, в то время как зад сидел на шершавом дне. Странно, но вязкая субстанция не выталкивало тело. Скорее всего, она имела более низкую плотность чем вода, хоть и походила на мутный кисель.
— Это что за хрень? — почему-то шепотом спросил я у Арена, набрав пригоршню этой жижи, временно положив отрезанные ноги на дно.
— Слизь Падальщика Истока. Ты же помнишь ту ванну, в которую мы с Бертом тебя закидывали? — зашептал он в ответ.
Я отметил, что в его голосе больше нет натужности, а значит, эти сопли уже начали его лечить. Лично чувствуя серьёзное усиление организма, я задумался — неужели они так и накачивают свои мышцы? Но было странное ощущение нарастания эха резонанса, хотя я ничего не делал.
— Да, такое сложно забыть… А почему эхо нарастает? — мне стало уже некомфортно. Это было так, будто в мозгу появляются помехи, словно смотришь телевизор, а картинка постепенно ухудшается, пока не останется одна рябь.
— В той ванне разбавленная слизь из этого бассейна. Тут концентрат, он в сотню раз быстрее восстанавливает пиковую физическую форму, но фонит. Отсюда и эхо, — Арен чем-то захрустел и не попросил меня погасить эхо. Опасается, что бабулька заметит?
— Тощенький, вылазь, тебе хватит. — раздался в темноте внезапный, дребезжащий голос бабульки, когда моё эхо стало совсем невыносимым.
— А я ещё не полностью здоров! — нагло возмутился я, стараясь растянуть время пребывания в этой чудо-жиже, вопреки предобморочному состоянию.
— Ну, как знаешь… — совершенно спокойно ответила старушка, чем поставила меня в тупик, но, тут вмешался Арен.
— Бегом вылазь, иначе она тебя убьёт! — яростно прошипел он, нащупав в темноте мой воротник и принудительно поднимая меня из соплей. — В слизи нельзя терять разум!
Я поверил сразу и быстро выцарапался на бетонный край бассейна. В абсолютной темноте шарканье старческих ног в тапочках звучало зловеще, и я сжался, ожидая расправы…
Маловажный факт: Давние эксперименты по получению искусственных «пустых » при помощи слизи Падальщика породили несколько безумных мутантов, которые уничтожили не одну лабораторию и с тех пор меры безопасности соблюдают даже самые отмороженные бандиты.
Глава 8. Наш герой ставит в тупик учёных и свершает месть! Санта Клаус и его олень или не все битвы страшны, ведь некоторые приятны! Особенно, если повторить…
Шаги стихли в паре метров от меня, но это лишь добавило напряжения. Я вглядывался в кромешную темноту, но она была абсолютной и это нервировало ещё больше.
— Раздевайся! — раздался голос возле самого моего уха.
От неожиданности я попытался отпрыгнуть в сторону, но поскользнулся и грохнулся копчиком на бетонный пол. Тихо матюкнулся, осуждающе скосил глаза в темноту — в предполагаемое место нахождениястарухи, и буркнул.
— Мне мама говорила, чтоб я не раздевался перед незнакомыми тётями…
— Ну, как знаешь… — повторила она фразу, от которой мне вновь стало не по себе, но, Арен молчал, а значить убивать меня не будут.
Внезапно я почувствовал резонанс хтони и в маленьком помещении поднялся сильный ветер. Он давил со всех сторон, выжимая меня как губку и разрывая одежду. Слизь с моей кожи исчезла, и я догадался, что бабуля просто собирает ценный материал обратно.
Стоя в одних стрингах, посреди ураганного ветра, я сделал пометку в памяти, что не надо шутить с местным персоналом, даже если они выглядят как древняя мумия, ибо шуток они не понимают.
Ветер стих так же внезапно, как и начался, а во тьме раздалось бурчание старушки:
— Никогда с первого раза не понимают…
Я повернул голову на голос, но, понятно, что ничего не смог разглядеть, как бы не напрягал свои глаза. Как она тут вообще передвигается?
Читать дальше