Максимилиан Уваров - Плач по мечте

Артем разделся и нырнул под одеяло. Давид аккуратно положил одежду на единственный стул, залез на диван и уселся по-турецки, всем своим видом показывая, что спать не собирается.

— Ты чо? — поднял голову Артем.

— Шо ты там про будусчее трепался? — совершенно серьезно спросил Давид.

Артем уселся, упершись спиной в стенку, и сказал:

— Клянись, что никому не скажешь!

— Зуб даю, — Давид зацепил ногтем зуб и провел пальцем по шее.

— Тогда слушай, — заговорческим шепотом начал Артем. — Я не с Ростова, а отсюда, только я из будущего. Меня твой отец прислал, чтобы я вас с мамой предупредил, — начал он рассказ, но неожиданно рассмеялся, — прям как Терминатор!

— Какой термометр? — удивился Давид.

— Это фильм такой в нашем времени. Но это неважно. Я познакомился с твоим отцом у себя в будущем. Он тоже оттуда, но когда он попал к вам в прошлое, он его изменил, когда ты родился, и его прошлое больше в себя не пустило. А в будущем он узнал, что беда случится. Сам он попасть к вам в прошлое не мог, поэтому послал меня. Понял? — Артем с надеждой посмотрел в круглые от удивления глаза Давида. — Ну да… Походу, ты ничего не понял. Можешь меня спросить что-нибудь про будущее. Я тебе расскажу.

— А в твоем… вернее в нашем будусчем коммунизьм уже победил? — с надеждой спросил Давид.

— Эм… как тебе сказать. У нас в будущем скорее капитализм победил, но еще не до конца, — почесал затылок Артем.

— Как капитализьм? А деньги есть? Их отменили? — продолжал спрашивать Давид.

— Ну у кого-то много денег. Даже слишком. У кого-то средне, но жить можно. У кого-то мало, — объяснил Артем.

— А квартиры у всех есть? — Давид подвинулся ближе к Артему.

— Ну как тебе сказать. Есть, конечно, но не у всех. Многие еще в коммуналках живут. Бомжи еще есть. Это у которых жилья нету. А так в основном квартиры небольшие, — Артем задумчиво почесал нос. — Чего-то будущее у меня какое-то несветлое выходит. О! Продуктов в магазинах море. Правда, их не каждый себе позволить может. Да и продукты научились делать из сои с добавлением бумаги, — он замолчал и посмотрел в расстроенное лицо Давида.

— Я не хочу такое будусчее, — вздохнул тот.

— Погоди! Вот счас точно хорошее расскажу. У нас у каждого есть телевизор, — Артем многозначительно поднял палец, — и даже не один.

— А шо таке тевелизор? — оживился Давид.

— Это такой ящик… вернее уже не ящик, а ну как доска плоская, и по ней крутят фильмы и новости показывают.

— Брешешь, — засмеялся Давид. — Шоб по доске фильми крутили!

— И это еще не все. У нас телефоны есть, — загадочным полушепотом сказал Артем.

— Ой, удивил, — махнул рукой Давид, — у нас тоже есть телефоны.

— Вот дурень! — засмеялся Артем. — Ты представь, что они с ладонь. Такие плоские прямоугольники с экраном. Кнопок нет. Есть сенсор. Это когда ты до экрана дотрагиваешься пальцем и можешь так позвонить кому угодно или фильм посмотреть.

— Вот брехло! — заливисто хохотал Давид. — Кто ж по телефону кино смотрит?

— А вот и смотрят. Берешь телефон, — Артем выпрямил ладонь с воображаемым гаджетом, — и говоришь: «Окэй, Гугл! Хочу посмотреть… «Волгу-Волгу», например!». И бац! Смотришь фильм.

— А кто такой Гогал? — Давид сострил смешную рожицу.

— Блин… да как же тебе объяснить, что такое поисковая система в интернете? — заерзал Артем. — Короче слушай…

До глубокой ночи Артем рассказывал Давиду про интернет, про электрические утюги и пылесосы, про машины, которые могут развивать скорость больше двухсот километров в час, и про полеты человека в космос.

— А еще прикинь. У нас летом девки без лифчиков ходят. На них такие футболочки на лямках, называются топиками… — Артем бросил взгляд на Давида.

Давид спал, положив руку под голову, а на его губах играла блаженная улыбка.

Несмотря на голод и послевоенную разруху, рынок жил своей обычной жизнью. Скудность товаров вовсе не исключала большого количества покупателей и обычных зевак. По рынку расхаживали надменные домохозяйки, приглядываясь к продуктам, а юные модницы с вожделением рассматривали на прилавках перешитые из старых военных кителей жакеты. Молодые мамочки крутили в руках вязаные пинетки, в широком ассортименте представленные у рукодельных старушек.

Давид уверенно прошел к нужному прилавку и купил пакетик серой муки грубого помола. У соседнего продавца был приобретен мешок отрубей, который Артем водрузил на самодельную тележку с огромными колесами от детской коляски. Потом Давид долго мерил парусиновые тапочки на себя и на сопротивляющегося Артема.