Владимир Проценко - Успеть на войну [СИ]

— Все, хана батальону, — высказал общее мнение Сеня, оторвавшись от бинокля. — И отходить наверно уже некому.

— Как же так, целый батальон без подготовки, без зимних маскхалатов, днем, в лобовую, на доты? Мы ведь всего два часа назад им играли и пели, а сейчас они все, понимаете, все лежат там, убитые, — гитарист группы "Молодая гвардия" медленно съехал спиной по бревенчатой стенки блиндажа, уткнулся головой в колени и тихо заплакал.

Посмотрев на своих бледных артистов и растерянных связистов, оставленных уже покойным комбатом на своем НП, решил что нужно их как-то встряхнуть, занять делом.

— Отставить истерику, командиром батальона временно, до выяснения обстановки назначается старший лейтенант Семин, я беру на себя обязанности комиссара, — глянув на удивленного Семена, я продолжил. — Теперь слушайте боевой приказ, собрать всех оставшихся здесь; связистов, поваров, обозников, врачей, будем готовиться к приему раненых. Нужны бинты, горячая вода, носилки, пока все, разойдись.

Подождав пока все выйдут, подошел к стоящему как столб Сене и сказал.

— Встряхнись, на тебя люди смотрят, давай принимай командование, нам нужно в первую очередь вытащить тех, кто ближе всего, остальных только ночью, и еще нужны белые маскхалаты, иначе всех, кто пойдет за ранеными положат из пулеметов.

— Ладно, я понял, — он вышел из НП, затем снова зашел, глянул на меня, сделал круг по блиндажу, подошел ко мне вплотную и тихо спросил.

— Коль, а что сам-то… — он не договорил и внимательно посмотрел мне в глаза.

— Блин, Семен, у тебя военное училище за плечами, плюс ротой командовал, а у меня политическое, и я ничем и никем не командовал, так что могу быть только комиссаром.

— Спасибо, Коля, — он повернулся к двум связистам, склонившимся над своей аппаратурой и излишне громко стал отдавать распоряжения. — Связь с полком мне, живо, — он ткнул пальцем в одного из них – ты, собрать здесь на НП всех командиров, вплоть до ефрейторов через десять минут, выполнять.

Связист выскочил из НП пулей, второй забубнил в трубку армейского аппарата.

— Сосна, Сосна, я Ольха, как слышите, Сосна, я Ольха, ответьте. Сосна, Сосна, я… Сосна? Дайте шестого… товарищ шестой? — он торопливо протянул трубку Семену.

— Товарищ шестой, докладывает старший лейтенант Семин, временно принял командование над остатками батальона капитана Фурцева. Что? Нет. Все командование батальоном участвовало в этой атаке, назад никто не вышел. Мы – группа артистов, дававших концерт этому батальону. Да, кадровый. Обычное пехотное… комиссар – политрук Чуйко. Понял, понял, сейчас буду.

Семен отдал трубку связисту и повернулся ко мне.

— Значит так, Коля, нам с тобой приказано принять остатки батальона, собрать всех боеспособных, закрепиться, эвакуировать раненых, а мне явится немедленно в штаб полка, все.

Сеня одернул свой белый полушубок, поправил буденовку и только собрался выйти из блиндажа, как навстречу ему шагнули из проема два младших командира и, синхронно приложив руки к своим головным уборам, по очереди представились.

— Сержант Иванов помощник командира взвода обеспечения.

— Старшина третьей роты Иванов.

— Вы что, родственники? — спросил я, разглядывая не похожих друг на друга Ивановых.

— Однофамильцы, товарищ политрук.

— Новый командир вашего батальона старший лейтенант Семин, политрук Чуйко назначен комиссаром, он ответит на ваши вопросы, — Семен повернулся ко мне и протянув руку для пожатия сказал. — Ладно, давай тут действуй без меня, а я в штаб, — и стремительно вышел из блиндажа.

Проводив взглядом ушедшего Семена я продолжил.

— Сколько у вас людей?

— Со всего батальона в атаку не ходило 44 человека по различным причинам оставленным в тылу, — начал старшина.

— Это по каким таким причинам?

— Товарищ политрук, вам подробно смог бы рассказать только тот, кто приказал им остаться, я лишь смогу сказать только о своих, — с какой-то злой обидой ответил старшина.

— Ладно, старшина, извини, погорячился, говори что знаешь, — я примирительно хлопнул его по плечу.

— В общем, из тех, кого мы сейчас собрали, оказались: 22 красноармейца, 6 поваров, 3 связиста, врач с санитаром приползли минут пять назад с ранеными, 9 водителей машин с машинами, а остальные это обозники, 17 легко раненых из тех что сами смогли приползти, и нас двое. Да еще ваши артисты с вами и водителями, всего значит 19 человек. Итого 80 человек.

— Да-а, дела, — неожиданно вырвалось у меня. — Ну что ж, будем воевать с теми, кто есть. Нам сейчас нужно в первую очередь вытащить и спасти раненых, больше двух часов они на снегу не выдержат, замерзнут. Поэтому приказываю: старшина Иванов, обеспечить маскхалатами, хотя бы штук двадцать, брезентом или плащ-палатками и…