Василий Панфилов - Трущобы Империй [СИ]

— … без вашего отряда мою дочь обесчестили бы скопом, прошу передать деньги этим славным парням.

Приходили деньги и от лавочников, вовремя смекнувших, что пусть бандитов и вымели, но гопота никуда не делась, и лучше начать платить ИРА за крышу заранее. Тем паче, что просили фении по божески — всего-то десятину с прибыли. Не четверть, как раньше.

Занёс деньги и Саймон Вудфорт.

— К свадьбе подарок, — с чуточку вымученной улыбкой сказал антрепренёр, — слышал, ты дом покупать собираешься.

Ни много, ни мало… триста долларов — почти столько же антрепренёр недодал в своё время за пьесу… Видно, что мистера Вудфорта давила жаба, но наладить отношения с начинающим политиком, у которого столько вооружённых молодцев, посчитал нужным. За счёт самого же попаданца… Впрочем, ссориться с ним Алекс не стал и пригласил на свадьбу.

Денег набежало достаточно много, и большая часть целевая: конкретному капитану, бойцу или отряду; вдовам и сиротам погибших бойцов; на поддержку ИРА от лавочников.

Вместе с подарком от антрепренёра, средств как раз хватило на приличный дом в Маленькой Германии. Три этажа, полуподвал, мансарда. Звучит громко, но общая площадь дома достаточно скромная — менее двухсот метров, даже с учётом полуподвала, мансарды и чердака. Дом стиснут с боков соседями, зато имеет задний дворик. Крохотный, порядка пятидесяти метров, но отдельный, обнесённый забором из щелястых досок. Во дворе угольный сарай, будочка туалета и пара чахлых, видавших виды деревьев, в которых Алекс не без труда опознал вишню.

Целевые деньги капитаны разделили честно, получилось очень неплохое подспорье. На отдельные дома никому не хватило, но… очень прилично. Тем более, с недавних пор офицеры ИРА стали получать жалование офицеров ополчения штата Нью-Йорк, а в придачу ещё и свою долю от десятины лавочников — очень скромную, не выше жалования высококвалифицированного рабочего. Сержанты ИРА получали немногим меньше, отличие достаточно символическое.

— Так правильней будет, — уверенно сказал Патрик на собрании, — деньги от ИРА фениям должны идти, потому как нормально работать у нас уже не выйдет. Ни времени на совмещение не будет, ни возможности. Сами понимаете, что не каждый хозяин будет терпеть такого работника. Но денег должно быть в меру, чтоб не рвались в капитаны всякие рвачи. Согласны?

— Согласны, согласны, — проворчал один из лейтенантов, народ одобрительно загудел, обсуждая предложение.

— А если я помимо где заработать смогу? Без ущерба для дела? — Озабоченно спросил немолодой сержант.

— Финниган, так? Слышал, ты вывески малюешь? — Спросил Аластор.

— Так-то маляром, как и ты, но вот подрабатываю.

— Подрабатывай, — пожал плечами Аластор, оглядываясь на остальных капитанов, — думаю, никто не против. Если не в ущерб должностным обязанностям, то почему нет? Ты вот вывески малевать, Фокадан может ещё пьесу напишет.

Активистам ИРА жалования не полагалось — не считая солдатского у тех, кто пошёл на службу. Зато во время дежурств в некоторых трактирах их кормили бесплатно, наливали кружку пива. Ну и помощь врача за счёт ИРА, случись чего с ними или их семьями. Немало, если задуматься.

Большая часть средств на поддержку ИРА пошла на спортивные клубы, коих открыли сразу несколько всего за пару дней. Примитивные, с убогим инвентарём… но там преподавался бокс — отныне и навсегда кельтский, фехтование и фланкирование, атлетика, разные виды борьбы. Купили так же дом под штаб по соседству с домом Алекса.

Открыли и несколько бесплатных столовых для бедноты из своих. Работали там те самые вдовы и сироты, так что идея Алекса (который просто-напросто первый её озвучил) получила самое широкое одобрение общественности.

Но были и другие деньги… Так, история талантливого актёра и драматурга, вставшего на защиту Города, подхвачена некоторыми газетами.

Совпало так — людям требовалась позитивная информация, а её в разграбленном и сожженном Нью-Йорке немного. А тут… молодой, почти привлекательный… с романтичной амнезией и красивой (по мнению репортёров) историей любви.

Своей цели статьи достигли и люди охотно обсуждали личную жизнь попаданца. Настолько охотно, что по здравому размышлению, он решил уйти из театра Бауэри, да и вообще со сцены. Одно дело — стать любимцем публики за счёт таланта, а вот так… спасибо, нет.

Началось обсуждение, а потом… начали присылать деньги с пометкой к свадьбе. Достаточно много, чтобы купить ещё один дом по соседству. Алекс вознамерился так и поступить — логично же, верно? Можно сдавать комнаты, перестав думать о куске хлеба для семьи.