Иван Оченков - Мекленбургская принцесса [СИ]

— Мы подозреваем, что он болен Чёрной смертью, [28] Чёрная смерть – чума. – нашёлся фон Гершов-младший.

Пока они так беседовали шлюпки с солдатами подходили все ближе к пиратам. Шкипер затеявший этот разговор с единственной целью, дать своим подчинённым время приготовиться к схватке, окинул взглядом притаившихся моряков и криво усмехнулся. Похоже, драка будет жаркой!

— Может у них и впрямь эпидемия? — растерянно спросил его часовой – босой верзила в коротких штанах и порванной на животе блузе.

— В жизни не слышал большей чуши, — ощерился в ответ главарь. — Когда приходит чума все бегут без оглядки, а не разыскивают заражённых!

— Может оно и так, — пробасил здоровяк, и поправил перевязь с абордажной саблей.

— Вот что, парень, — обернулся к нему шкипер. — Иди к пленникам, и если услышишь выстрелы – убей их!

— Что? — удивился тот.

— Что слышал! Возьми и перережь глотки девчонке, русскому и этому недоумку-французу. Хотя нет, пожалуй, московита я убью сам! Надо же посчитаться за Хакона…

— Как скажете, — пожал плечами верзил, а и собрался было идти, затем будто не поняв, что именно делать развернулся и спросил: – так мне начать с каюты штурмана? Ведь если вы собираетесь укокошить этого русского, так вам не трудно будет прирезать и того, кто сидит в канатном ящике?

— Ладно, ступай, — отмахнулся главарь и, достав из-за пояса пистолет, взвёл курок.

Тем временем, первая шлюпка уже ткнулась в борт пинаса, и фон Гершов снова потребовал спустить трап. Ответом ему был разрозненный залп из нескольких мушкетов и пистолетов. По счастью, пиратам было не слишком удобно стрелять, так что никто не пострадал, если не считать Родионова, с которого пулей сбило шапку. В ответ с лодок тоже открыли огонь, а затем принялись кидать абордажные крючья, кошки и со всех сторон полезли на борт, размахивая палашами и шпагами. Правда пираты тоже были не лыком шиты, и, похватав оружие, принялись отчаянно сопротивляться. Несколько раз им удалось снимать крюки, перерубать канаты и спихивать за борт атакующих, но тут из наступающей темноты показался нос шведской галеры идущей на абордаж. Длинные вёсла в последний раз вспенили волны залива и тут же гребцы, повинуясь команде комита, втянули их в клюзы. Шведские моряки хорошо знали своё дело, и подошли практически впритирку к борту пинаса, и через несколько секунд атакующая волна накрыла его палубу.

Яростные крики противников смешивались с железным лязгом клинков, а выстрелы перекрывались стонами раненых. Превосходство атакующих в силах было столь велико, что они быстро заняли верхнюю палубу, перебив большую часть пиратов и загнав в трюмы остальных. Запалив факелы победители рассыпались по кораблю в поисках знатной пленницы, ну или добычи, тут уж у кого какие приоритеты.

Верзила, посланный шкипером убить пленников, был человеком сильным, преданным и исполнительным, но, к сожалению или к счастью, не слишком сообразительным. Так и не дождавшись внятного приказа от главаря, он некоторое время стоял в нерешительности, но услышав выстрелы, всё-таки пошёл к каюте, где была заперта девчонка, так ловко прокусившая шею французу. Выбив клин запиравший дверь, и отодвинув засов, пират дёрнул ручку, но к его удивлению она не поддалась. Это так озадачило здоровяка, что он на мгновение остановился, но тут внутри каюты раздался звон стекла. "Маленькая дрянь выбила иллюминатор!" – вскипел он и рванул посильнее. Как оказалось, дверная ручка с внутренней стороны была связана верёвкой связанной из лоскутов и потому не сразу открылась. Но убийца был силён как бык и со второго рывка, разорвал ненадёжный шнур и ввалился внутрь каморки. Однако сюрпризы на этом не кончились. Другая верёвка тянулась к полке, и едва дверь распахнулась, потянула за собой какую-то шкатулку, упавшую прямо на пирата.

Удар был не слишком силён, но негодяй и без того был уже на взводе, а потому просто перестал соображать от ярости. Отшвырнув в сторону ударившую его коробку, он взревел и бросился к разбитому иллюминатору. На торчащих из рамы осколках стекла были видны обрывки платья и следы крови. Очевидно было, что девочка, пытаясь спастись, ухитрилась пролезть в это узкое отверстие и была такова. Хотя возможно она ещё не успела далеко уйти и её можно будет достать. В другое время, пират, возможно, догадался бы, что здесь могла пролезть разве что кошка, но теперь он был слишком взбешён. Подскочив к окну он попытался высунуть в него голову, чтобы осмотреться, но она никак не желала проходить в него.