Михаил Кисличкин - Взвод «пиджаков»

– Поздравляю, господа, мы опять в котле, – бросил жалобно звякнувшую телефонную трубку на рычаги аппарата подполковник. – Тольм только что подтвердил. Да как же так можно, растудыть твою малину! Трое суток маги замыкали кольцо на наших флангах, и хоть бы кто почесался!

– Прозевали неодское наступление, ярл, – мрачно заметил Вайсор. – Не в первый раз.

– Это понятно, что прое… прозевали. Но почему Влатт не озаботился сколотить боевую группу для контрудара по магам из замыкаемого кольца, пока они перемалывали пехоту в труху? Ведь было же у конунга на это время, целых три дня было! Хотя бы наш полк могли перебросить обратно под Альров и ввести в бой. Там драконы пехотинцев давят, а тут полсотни танков и артиллерия без толку под обстрелами стоит.

– Потому что был приказ императора занятых позиций не оставлять, Нельск взять любой ценой. Вчера вы его сами нам зачитывали, ярл, – вступил в разговор Тродд. – Я уже был под Нельском вместе с дружиной Нильда. Тогда был приказ: город не сдавать, ни шагу назад. В результате получился котел, а мы отступали до Алмии. Теперь вот приказ Нельск взять. Опять мы под Нельском, и снова котел. Так и воюем, – горько усмехнулся тан.

– Ясно, – вздохнул подполковник. – Я думаю, ситуацию еще можно спасти. Силы неодов перед нами, судя по всему, небольшие, пехота сможет удержать село и передовые рубежи. Танки бригады и хирдманов на грузовиках можно быстро перебросить под Альров и там сколотить мобильную группу прорыва из всего, что ездит и стреляет. Пробьем коридор к своим и вернемся. Но так думаю я, а что там видит со своей колокольни командование – неизвестно. Тем не менее, Вайсор, срочно готовь грузовики и танки к долгому маршу. Если конунг хочет спасти армию, он вот-вот отдаст похожий приказ, и наш хирд пошлют на прорыв окружения. Нельзя в котле просто так сидеть и ждать помощи. Илья, ты готов прикрывать? Что-то у тебя вид опять очень бледный.

– Готов, господин ярл.

– Прошу прощения, что вмешиваюсь, но он не готов, – наябедничала сидевшая у печки Ая, сортируя по маленьким матерчатым мешочкам какие-то сушеные травы из большой сумки. – В последние дни защитник отказывается от лечения, а свой дар использует интенсивно. Как военврач хирда, я обеспокоена его состоянием.

Илья молча скривился и, подхватив автомат, пошел к двери.

– Стоять, васт, – остановил его Добрячков. Подполковник внимательно посмотрел сначала на Илью, потом на Аю. – Вы с магичкой не первый день, как кошка с собакой, и это мне не нравится… Вайсор, ты еще здесь? Иди готовить машины к маршу. Тродд, обойди дворы, предупреди хирдманов, что мы скоро выступаем. Оставьте-ка меня наедине с нашими магами…

Когда захлопнулась входная дверь за Троддом, подполковник уселся поудобнее на стуле, развернувшись лицом к магам. Взял пачку папирос, повертел ее в руках, но доставать курево не стал, положив на лавку рядом.

– Слушаю вас, дети мои. Почему волком друг на друга смотрите? Илья?

– Не сошлись в толковании одного места из блаженного Августина.

– Ага, понял, это не мое собачье дело… Причем ты, парень, в последнее время явно злишься и на меня тоже, я заметил. Хотя я в вашей мелодраме вообще ни при чем. Или все-таки при чем? – Добрячков прищурился и внимательно посмотрел Илье в глаза. Затем перевел свой взгляд на ведьму.

– Ая, наш Илья признался тебе в пылких чувствах, но ты его послала?

Студент почувствовал, как горячая краска стыда заливает его лицо. Ведьма тоже издала странный звук, словно внезапно поперхнулась.

– Я просто попросила его не делать неуместных в дружеских отношениях глупостей, – осторожно подобрала слова магичка после долгой паузы. – Если слегка перестаралась, то прошу у защитника прощения.

– То есть серьезные отношения с мужчиной-человеком для тебя являются абсолютно неприемлемыми? Так?

– Этого я не говорила. Я лишь сказала, что мы с Ильей можем быть не более чем хорошими друзьями.

– Ясно. Что я могу сказать – все очень плохо для хирда и для вас обоих. – Добрячков все же достал папиросу и закурил, сразу же глубоко затянувшись вонючим дымом. – И почему я не психолог в детском саду, а? Он бы лучше справился. Но я тоже попробую вам кое-что объяснить. Молчите и слушайте.

Добрячков сделал еще несколько затяжек, а потом решительно потушил папиросу.

– Илья, если ты из-за несчастной любви решил назло мамке отморозить уши и не лечиться у Аи, то дело твое. Значит, тебе просто наплевать на судьбу поверивших нам двухсот человек, и ты решил утащить с собой весь хирд в могилу. Не лечись, пусть щиты снова рухнут в бою, и нас всех пожгут или разорвут на куски. Твое оскорбленное достоинство важнее всего.