Михаил Кисличкин - Взвод «пиджаков»

Достало!

Разговаривать с Добрячковым или Ромкой сейчас было выше его сил. Илья молча вошел в горницу, схватил пустой котелок и побрел по улице к полевой кухне вместе со спешащими на ужин бойцами, закончившими рыть окопы.

– Ба, какие люди! Никак сам Илья? – заметил его присутствие Серега Дружинин, один из однокурсников Ильи по университету. – Один, без магички и начальства гуляешь. Решил в народ пойти?

– Ага. Ты за супом крайний?

– Становись без очереди. Эй, бойцы, пропустите защитника.

Столпившиеся у повозки хирдманы тут же расступились, и дежурный наложил Илье из бака полный котелок похлебки, стараясь, чтобы получилось погуще и в суп попало побольше мяса. Но на скамейку рядом с ужинающим парнем никто не присел, – дружинники ужинали, разбившись на группы по приятелям, оставив Илью есть одного.

Добив суп и посидев немного на улице, студент пошел спать, искренне надеясь, что сегодня ни с кем общаться больше не придется. Так и получилось, – подполковник и Вайсор продолжали о чем-то тихо говорить в горнице над картой. Ая, завернувшись в старый хозяйский тулуп, спала у стенки на протопленной за день теплой широкой печке, заботливо постелив рядом с собой еще одну постель, укрытую принадлежавшим Илье теплым одеялом. Студент стащил одеяло вниз и устроился на полу в углу горницы. Да, он знал, что ведет себя как обиженный дурак. Но обида и злость от этого знания никуда не девались. «Меня френдзонить, да, Ая? – думал Илья, отвернувшись к стене. – Ну уж нет, дружбы не будет. Никогда!»

Пока Илья был занят своей обидой, а доблестные имперские танкисты строили далеко идущие планы, война преподнесла очередной мерзостный сюрприз… Все пошло не так, как планировалось. На рассвете две ударные группировки неодов начали наступление навстречу друг другу в тылу растянувшейся на десятки километров второй ударной армии. Вторая, четвертая и седьмая бергруппы боевых драконов, считавшиеся командованием империи практически уничтоженными, а также первый корпус мобильных егерей Крейса отнюдь не были выведены в тыл на переформирование, как еще вчера докладывал императору Водд. Они получили небольшой отдых, пополнились личным составом и драконами и были по частям скрытно переброшены на передовую, пока остальные неодские части центрального фронта оборонялись, отступая к Нельску. При максимальной поддержке виверн первого воздушного корпуса Феллса, которые в последние дни не проявляли активности, усыпляя бдительность людей, бермаги и егеря ударили по прикрывавшим фланги второй ударной армии третьей и восьмой пехотным дивизиям техносов.

Третья, восьмая и принявшая удар вслед за ними девятая резервная имперские дивизии были сформированы из наскоро обученных призывников совсем недавно. Артиллерии, противодраконных пушек и боеприпасов к ним не хватало, танков не было совсем. Все лучшее по распоряжению императора отдали рвавшимся к Нельску частям. Но люди приняли бой, встав против магов насмерть. К вечеру первого дня наступления неоды нигде не достигли решительных успехов, продвинувшись вглубь человеческой обороны лишь на один-два километра. Развивший бешеную деятельность по спасению обрушивающегося фронта главконунг Водд даже доложил по телефону императору, что все обойдется и наступление магов будет остановлено. Еще сутки, и он укрепит фронт. Но его мечтам было не суждено сбыться. Следующим утром, после массированной магоподготовки и атак с воздуха, неоды четвертой бергруппы взломали оборону третьей пехотной дивизии. Девятая резервная и восьмая пехотная продержались против мобильных егерей лишь на несколько часов больше. Имперская оборона рухнула на севере и на юге от Алмии, и две группировки противника устремились навстречу друг другу. Остановить их было некому. Спешно брошенные в бой набранные с бору по сосенке сводные дружины помогли выиграть еще сутки, но к утру четвертого дня вражеского наступления кольцо окружения вокруг второй ударной армии замкнулось. Драконы мобильных егерей и маги седьмой бергруппы встретились в нескольких километрах позади села Нейка.

Зеленый Бор маги обстреляли тем же утром, когда началось наступление в тылу второй ударной армии. Прочертив хмурое утреннее небо, парочка огненных шаров упала у околицы, еще несколько файерболов разлились жидким пламенем по окопам хирда. Канит, стоявший часовым у штабного дома на рассвете, увидев начало обстрела, тут же ворвался в горницу, чтобы разбудить Илью и подполковника. План на случай атак магической «артиллерии» был разработан Добрячковым еще вчера – все дворы, где спали бойцы третьего хирда, Илья запомнил заранее и по первому же крику Канита «мы под обстрелом» прикрыл их щитами, давая возможность проснувшимся бойцам выскочить из домов и занять позиции.