Иван Апраксин - Подменный князь

Босые ноги с желтыми пятками вызывающе торчали наружу.

После всех своих приключений и неожиданностей, подстерегающих на каждом шагу, я к тому времени уже окончательно утратил способность пугаться. Юмор и ирония остались единственными моими защитниками. Только так я мог надеяться не сойти с ума.

– Ну, что ж ты остановилась? – спокойно обратился я к застывшей на месте Любаве. – Смотри, какой красивый мужчина. Наверное, он хочет с нами познакомиться поближе.

Незнакомец продолжал молчать, не отрывая от нас своего мутного взгляда. Уж не глухонемой ли он? И не совсем ли дикий человек? А что, если он сейчас вдруг как зарычит, да оскалится, да как кинется на нас!

Что тогда? На помощь звать некого, а сам я справлюсь ли с ним? Как знать, а вдруг он будет кусаться…

– Здравствуй, добрый человек, – на всякий случай миролюбиво сказал я, подходя поближе.

К моему удивлению, человек сразу ответил приветствием.

– Кто ты? – спросила вдруг Любава, боязливо стоявшая у меня за спиной.

– Я здесь живу, – спокойно произнес незнакомец, вежливо поджимая босые ступни и подтягивая их под шубу. Вставать он не собирался.

– Где ты живешь? – переспросила Любава, и тогда человек кивком головы указал на «наше» дупло.

– Вот здесь, – сказал он. – Здесь я живу уже долго.

Мы во все глаза смотрели на него, не зная, чего следует ожидать, а он, сидя на траве, совершенно невозмутимо снизу вверх разглядывал нас.

– Меня зовут Захария, – вдруг добавил он и неожиданно широко улыбнулся. Рот у Захарии был щербатым, в нем не хватало изрядного количества зубов, но сама улыбка оказалась чудесной, обезоруживающей и сразу осветившей его лицо. Так улыбаются несмышленые дети и еще некоторые сумасшедшие.

Но Любава внезапно заволновалась и выступила из-за моей спины.

– Ты живешь в этом дупле? – обеспокоенно спросила она. – Вот прямо здесь?

Захария кивнул и опустил глаза.

– Но ведь мы же спали тут прошлой ночью, – заметил я недоуменно. – А где был в это время ты?

– Здесь, – буркнул незнакомец и снова отвел глаза в сторону. – Увидел, что вы сюда забрались, и не стал вам мешать.

– А где же ты спал?

– Рядышком, вот тут. – Странный человек указал на куст в двух метрах от дуба.

Так вот оно что! Оказывается, прошлой ночью, когда мы с Любавой, выбравшись из дупла на траву, занимались любовными утехами, то не заметили, что делаем это совсем рядом с посторонним человеком. Получается, что этот Захария полночи наблюдал за нашими забавами. Он все видел и слышал! Мы даже не заметили его в темноте, а он не подал и знака, что находится поблизости и является как бы невольным участником наших любовных упражнений!

Уж не вуайерист ли он? А почему бы и нет? Сексуальные извращения встречаются в любую эпоху и, наверное, в любом мире…

Но Любаву волновали совсем не эти пустяки, а совсем другое.

– Покажи руки, – вдруг требовательно сказала она, и голос ее дрогнул. – И все тело тоже покажи.

Захария послушно вытянул вперед руки, выпростав их из широких рукавов, и высунул ноги из-под шубы. Но Любаве это показалось недостаточным.

– Весь покажись! – потребовала она.

А поймав мой удивленный взгляд, громко сказала:

– Мы спали в его дупле всю ночь. А если у него проказа?

Ах, вот оно что! Я и не подумал о такой возможности. Ну да, в моем мире никакой проказы практически не существует, нет реальной опасности заразиться этой смертельной, неизлечимой болезнью. Например, я, как врач, ни разу не сталкивался с этим древним проклятием рода человеческого. Нет, проказа теоретически существует и в нашем мире: в Индии, например. Даже в Средней Азии имеются лепрозории, где пытаются лечить эту болезнь. Но в России и Европе угроза заразиться проказой – чистая теория, даже смешная.

Но для Любавы это было совсем не смешно. Захария вновь покорно поднялся на ноги и одним движением распахнул свое одеяние, представ перед нами совершенно голым. Мы увидели худое, истощенное тело с впалым животом и выпирающими ребрами. Человек выглядел как узник концлагеря.

– Ты что, голодаешь? – спросил я его, пока Любава придирчиво присматривалась к сероватой, покрытой прыщами коже нашего нового знакомца.

– Это пост, – коротко ответил он, а потом, вскинув на меня глаза, горделиво прибавил: – Ты не знаешь, что это такое.

Тут я уже почувствовал себя вправе обидеться. Пусть я и ничего не смыслю в этом мире, но о посте я все-таки имею представление. Моя бабушка регулярно постилась перед Пасхой…