Андрей Круз - Двери во Тьме

– Шалва здесь? – спросил я у узнавшего меня портье, расстегивая куртку.

– Скоро будет, – ответил он после секундной паузы. – Вы в бар?

– Да, наверное.

– Пойдемте, я вам налью чего скажете, – поднялся тот из-за стойки.

Ага, Иры, видать, в баре тоже нет. Угадал я, получается. Ох, дождется Шалва, заложит его кто-нибудь из персонала жене… А может, ей все равно?

– Пивка, наверное? – предположил портье, зашедший за стойку.

– По одной можно, я думаю, – высказал свое мнение Федька, посмотрев на меня.

– Ладно, уговорил, речистый, – вздохнул я и кивнул.

Тот быстро наполнил две кружки, поставил перед нами на столик и присовокупил к ним вазочку ржаных соленых сухариков.

В баре было пусто, да это и понятно: здесь постояльцы все больше по делу приехали, а сейчас самое время для дел, а дела опять же в городе. Так что мы просто сидели в полной тишине и смотрели, как за зарешеченным окном валит снег и проезжают редкие машины.

Сначала в баре появилась Ира, довольная и раскрасневшаяся, которая, увидев нас, чуть смутилась, но все же несильно. А уже следом за ней зашел Шалва с чуть озадаченным видом: портье ему сказал, что ищут.

– А! – заметно обрадовался он, убедившись, что это всего-навсего мы. – Володя, Федя, как дела?

– Твоими молитвами, Шалва, – ответил Федька и спросил в свою очередь: – Посидишь с нами? Совет нужен, или консультация, или как хочешь назови.

– Сяду, чего не сесть? Ирочка, – обернулся он к буфетчице, – мне тоже кружечку налей. Вам еще по одной?

– Нет, мы эти только начали, – отказался я, попутно заметив некую гримасу неудовольствия у Федьки на лице. Ну да, тут тепло, тихо, хорошо, пиво вкусное, можно до завтра сидеть. А по результатам разговора с Шалвой нам черт знает куда еще ехать придется и что делать. Нет, по кружечке пока в самый раз: не зря говорится, что кружка в обед – шаг в неизвестность.

Ира наполнила оловянную кружку, передала Шалве через стойку. Он с кряхтеньем – вес все же – уселся с нами.

– Шалва, нам бы про Матвея Червонцева расспросить, – сказал Федька.

– А зачем он вам?

– Не он – человека одного ищем, вроде на него работал. А может, и работает.

– Как зовут? – сразу спросил Шалва. – Может, я знаю?

– Василий Играшин, на «газончике» с маленьким кунгом ездил, – выложил я ему практически полный запас наших знаний.

– Знаю Играшина, – уверенно заявил Шалва. – Но он не водила, да, он это… ра квия… он как охрана при Матвее всегда был. А водилой не был, точно говорю. У Матвея даже свой шофер другой. И с Матвеем он и переехал, кажется.

– Куда переехал? – насторожился я.

– Матвей здесь с кем-то поссорился из руководства городского. Не сильно, я думаю, иначе вообще со свету сжили бы его, но имущество в городе он больше распродал. – Шалва постучал ладонью по подоконнику, добавил: – Этот дом его был, да? Я купил.

– Так куда переехал-то? – спросил уже Федька. – В Сальцево?

– Зачем в Сальцево? В Захолмье перебрался. Зато там теперь большим человеком стал, первая, ра квия… акула, да? Продукты перекупает, лесопилка его, там все скупил, там и живет теперь. Здесь, в Углегорске, у него автосервис только остался, насколько знаю. Он официально долю свою продал кому-то, но все равно он ему принадлежит.

– А что за сервис? – вытащил я блокнот и карандаш.

– На Коминтерна, рядом с базой разведбата, знаешь?

– А, знаю, – закивал Федька. – Хороший сервис, мне там пусковую пневматику на опеля ставили. Так это его?

– Его, его, – подтвердил Шалва. – Неплохо развернулись, прибыльное место. У них раньше и горбезопасности машины чинились, и администрации, пока крыша была оттуда.

– А кто крыша? – спросил я.

– А УпрО, насколько помню. Я с ним человека оттуда часто видел, Айваром зовут, башкир из этого самого УпрО.

– Не Валиев фамилия? – выстрелил я наугад.

– Да, Валиев, точно, – подтвердил Шалва. – Кто-то сказал мне. У нас тут не Москва, все равно все всех знают.

Опа, вот оно как… все интересней и интересней. Милославский с горбезопасностью в друзьях, а про начальника УпрО говорят, Бабинова, что он с нашим профессором чуть не в десны лобзается. Серых – «кровь от крови и плоть от плоти» ведомства Милославского опять же. Валиев – из «упродов», то есть опять прямая связь. И что это? Раскол, или так и было задумано?

Нет, так задумано быть не могло, Милославский с ума сходит по результатам работы Серых. Если бы так все и замышлялось, то не было бы всей этой отчаянной суеты. Раскол все же? Но, блин, немалый раскол, получается, целая не то что банда, а структура отвалилась, так? И не просто отвалилась, а продолжает существовать.