Владимир Холкин - Сточное время

К сожалению, он действовал почти наугад. Методом тыка, как говорят в стране, которая сейчас умирает. Как, например, использовать силу крови? Нет, конечно, он не резал людей ради эксперимента. Он попытался найти информацию. Для начала порылся в навозной куче, которая смердит на просторах зарубежного Интернета. Но чернокнижие «для чайников» и дебильные сказки про недобитых вампиров только отнимали драгоценное время. Как если бы элитной группе спецназа раздали детские пистолеты, предупредив, что при нажатии на курок надо кричать: «Тыдыщ!»

Но в конце мая все изменилось. Чутье, природа которого была ему непонятна, подсказало Славику — его бывший сосед, приехавший в отпуск, найдет разгадку. Точнее, покажет дорогу к ней.

И Артем не подвел. Когда он встретился с одноклассницей, пространство буквально вздрогнуло (эфир, астрал, информационное поле — модные термины были Славику глубоко безразличны). Ключ был найден. Крылатый пес узнал свое имя. Теперь он понял, что следует делать дальше…

— М-да, — сказал Артем. — Прекрасный новый мир, значит? Солнечный свет и роса на завтрак? А бойня в райкоме — это как? Friendly fire? Дружественный огонь?

— Скорее уж, collateral damage. Сопутствующие потери среди гражданского населения. Можешь не верить, но мне правда жалко людей, которых на крыльце задавили. Я этого не хотел. Вот второго секретаря — это да. Башку ему отгрыз с наслаждением. Сволочь была еще та, ты просто не знаешь.

— А как же присяга? Верность делу коммунистической партии?

— Артем, не грузи меня. — Славик устало махнул рукой. — Ты же видишь — система исчерпала себя. Я это не только понимаю умом, но и чувствую всеми, извини за выражение, чакрами. Их у меня теперь до фига, можешь не сомневаться. Почему исчерпала — другой вопрос. Этого я не знаю. Просто страна перестала жить. Из-за бугра нам втирают про экономику, про гнилую идеологию. Это тоже имеет смысл, но должна быть еще какая-то подоплека. Вот хотя бы эта легенда, которую Светлана нашла. Ящер проснулся — страна загнулась. Просто и однозначно. Лично мне нравится. Скажешь, мистика? Согласен. А что поделать? Если нет рационального объяснения? Ты же, надеюсь, не будешь мне говорить, что Советский Союз — это была одна большая беспросветная жопа?

«Нет, — подумал Артем, — не буду». Тот, кто не верит в свою страну и работает из-под палки, не вырвется первым в космос. Страна, где толстые журналы выходят миллионными тиражами, а поэты выступают на стадионах, не может быть оплотом абсолютного зла. Да, этих поэтов частенько вызывают в просторные кабинеты, где жирные хряки стучат на них кулаком и забрызгивают слюной. Но даже хряки с рудиментарным мозгом осознают, что литература — это нечто такое, без чего обойтись нельзя.

Да, если ученый получает как грузчик, если простой человек не может купить в магазине мяса и, словно о чуде, мечтает о заграничных джинсах (сам о них грезил, пока не достал!), то страна серьезно больна. Но ведь люди, живущие на гроши, не виноваты, что товарищи во дворцах ржут над ними и тычут пальцем!

Или все-таки виноваты?

Многие, наверно, даже не знают, что, продолжая честно работать в больной стране, выполняют тем самым пункт номер два из пресловутого «кодекса строителя коммунизма». На них можно злиться за их безволие, но я не хочу, чтобы эта порода исчезла с лица Земли. Пусть лучше исчезнут хряки из кабинетов. Пусть будут строители коммунизма без коммунистической партии. Вот это было бы общество!

Вырезать эту мерзкую опухоль, которая зовется номенклатурой. Провести, если надо, интенсивную терапию. Это ведь все же лучше, чем просто пристрелить пациента, туманно пообещав, что возможна реинкарнация?

— Слушай, Славик, — сказал Артем. — Я верю, что ты хочешь как лучше. И я буду рад, если вся эта партийная свора получит пинком под зад. Но посмотри, что у тебя получается. Феликс, который ни дня не работал по специальности, а заведовал пропагандой в райкоме, теперь сидит и готовит идеологию для нового мира. Немного странно, тебе не кажется?

— А что поделаешь? — вздохнул Славик. — Нельзя просто взять и устранить государство. Иначе образуется вакуум, и в эту дырищу полезет все, что до сих пор болталось вокруг. Да не просто так, а со взрывом. Нет, единственный выход — заменить одно на другое. И без надлежащего оформления тут никак. Вот и приходится нанимать оформителей вроде твоего Феликса. Кого я еще найду?

— Да уж, оформили. Памятники Ленину сбросить, а на их место — идолов Перуна. Языческая империя на обломках марксизма. Крыша у народа не съедет?