Владимир Холкин - Сточное время

Выехав из города, они двинулись по дороге, которая по широкой дуге огибала Ящерку. Вокруг были разбросаны огороды. Владельцы упорно называли их дачами, хотя на участке имелся, в лучшем случае, некрашеный деревянный сарай, где хранились грабли и тяпки. Потом потянулись поля, на которых созревала пшеница, и еще какие-то распаханные пространства, где, кажется, рос бурак. Артему вспомнилось, как в школе их повезли на сельхозработы и они, забавы ради, метали огромные корнеплоды, раскручивая их за мощные стебли, пока один такой снаряд не угодил учителю по затылку. Кстати, в ту поездку Артема брать не хотели, решив, что он своим баловством будет отвлекать одноклассников от работы. Но ему было так неприятно отбиваться от коллектива, что он пошел к своей классной и чуть ли не со слезами просил оставить его в команде, хотя терпеть не мог копаться в земле.

«Вот ведь странно, — думал он, глядя из окна «Истры», — окажись я сейчас в такой ситуации, был бы счастлив, что меня избавили от нудной работы, которую, вообще-то, должны выполнять колхозники. Как-то притухло во мне чувство коллективизма, да и у других тоже. Не хочется сливаться в экстазе, заполняя закрома Родины. Хочется слиться с теми, кто из этих закромов кормится. Может, из-за таких настроений люди и бросились жечь райком, едва крылатый песик, который неизвестно откуда взялся, небрежно махнул им хвостиком…»

На развилке с указателем «Санаторий, 2 км» Феликс свернул налево. На склоне уже виднелись белоснежные корпуса, которых Артем насчитал пять штук. Они были разбросаны довольно далеко друг от друга, но их продольные оси сходились приблизительно в одну точку. На аэрофотоснимках это выглядело, наверно, как перекошенная звезда. «Ну дают, — подумал Артем. — Вояки сами, что ли, проект рисовали? Наш ответ Пентагону? Какие таланты пропадают, однако…»

А потом ему почудилось, что в том месте, где сошлись лучи пентаграммы, дрожит прозрачное марево, как будто воздух струится над огромным костром или в невидимой колбе курится легкий дымок. И он вспомнил, что уже видел это вчера, только с другого ракурса, когда смотрел из окна вагона. И снова наваждение продлилось какой-то миг, а потом бесследно исчезло, стоило тряхнуть головой.

Машина тем временем уткнулась в шлагбаум. Рядом на обочине стоял БТР, а еще был дорожный знак — из тех, что выносят на проезжую часть, если идет ремонт. Правда, знак был какой-то странный — во всяком случае, Артем таких никогда не видел. То ли буква Ж, вписанная в окружность, то ли колесо с шестью спицами. Красное на белом. «Какой-нибудь армейский вариант «кирпича», — неуверенно подумал Артем. Феликс тем временем достал партбилет и показал его подошедшему мужику в камуфляже.

— Меня должны ждать, я завотделом в райкоме, — зачастил Дубов. — Мы только что из города, там такое творится…

— А ваши спутники? — перебил его проверяющий.

Феликс злорадно посмотрел на Артема, но тот не успел ничего сказать. С заднего сиденья к ним перегнулась Аня и, заглянув в глаза контролеру, внятно произнесла:

— Нас тоже ждут.

Артему показалось, что он ощутил дыхание ледяной влаги, как бывает зимой на берегу Балтийского моря, а на дверце рядом с водителем на миг появилась изморозь. Военный моргнул и, распрямившись, поднес ладонь к козырьку. Шлагбаум пополз вверх, а щуплый солдатик убрал с дороги загадочный знак.

— Поехали, — сказала Аня будничным голосом, — чего встал?

«Надоели мне эти фокусы, — устало подумал Артем, — надо этот вопрос с девицами прояснить. А то, ишь ты, ничем их не прошибешь. Ладно, пока отложим…»

— Слушай, Феликс, — сказал Артем, — все забываю тебя спросить. Ты какой отдел возглавляешь? Ну, там, у себя в райкоме?

Феликс искоса посмотрел на него, словно ожидая подвоха.

— Отдел пропаганды и агитации. А что?

— Просто интересно. Ну да, какой же еще. Сам бы мог догадаться…

У входа в санаторий стояло несколько черных «Волг», милицейские машины с мигалками и грузовик, из которого доставали какие-то картонные ящики. Феликс припарковал свою «Истру», и они вошли в вестибюль, где лежали ковры и тихо журчал фонтан, а солнечный свет причудливо преломлялся сквозь цветные оконные витражи. Несколько мужчин в штатском, похожие друг на друга, как цыплята из одного выводка (или, скорее, как пираньи из одной кладки), разом повернулись в их сторону. Старший охранник предупредил остальных, что рвать гостей на куски не надо, и подошел поближе.

— Товарищ Дубов? — обратился он к Феликсу, который истово закивал. — Вас ждут в конференц-зале, пройдемте.