Булгарская конница с завываниями носилась по кругу, стараясь разорвать наше кольцо, пробиться внутрь. Естественно, много раз это почти удалось, и тогда я крепче сжимал рукоять длинного меча, хотя прекрасно понимал: моего боевого опыта хватит только на то, чтобы славно погибнуть от первого же удара булгарского воина.
Блуд даже не имел при себе оружия, так что ему и хвататься было не за что. По здешним понятиям пятидесятилетний Блуд был стариком, которому негоже браться за оружие…
Кто неизменно поражал меня в те минуты, так инязор Тюштя. Стоя рядом со мной в относительной безопасности, он высоко поднимал свой меч над головой и, крутя им, кричал по-эрзянски, подбадривая своих воинов. Видимо, слова инязора действительно вдохновляли эрзянское войско, потому что в ответ из рядов сражающихся слышались ответные крики.
– Это заклинания богам, – пояснил Тюштя как-то после очередной схватки, когда булгары отступили. – Мои воины знают, что я владею сильными словами. Этими словами я могу повелевать даже богинями. Я кричу, и богини слушаются меня. Это – главное, чем я могу помочь моим воинам в бою.
Сказав это, Тюштя так значительно посмотрел на меня, и его взгляд был таким пронзительным, что я невольно отвел глаза.
– Масторава – великая богиня, – на всякий случай пробормотал я.
Мне уже ясно было, что если в Древней Греции поклонялись Афине Палладе, а в Древнем Риме – Минерве, то на широких пространствах от Киева до верховьев Итиля на севере именно трехголовая мрачная Масторава царствовала над умами людей, вдохновляла на бой с врагом и на военные подвиги. Мастораве принадлежали алтари, ей принадлежали щедрые приношения, и даже кровь жертв – кур, коз, баранов, а иногда и людей…
Отношение эрзянских воинов к своему инязору было действительно почти мистическим. Невысокий и тщедушный Тюштя выглядел отнюдь не богатырем, как красавец Овтай, например. Не было в облике эрзянского князя ничего величественного, но он явно владел каким-то внутренним умением подчинять себе волю людей. Он умел так посмотреть и так сказать, что всем сразу становилась понятна значительность его слов, важность этого человека вообще.
– Меня считают колдуном, – как-то сообщил мне Тюштя.
– А ты колдун? – спросил я. Мне не верилось, что невзрачный эрзянский инязор действительно владеет колдовскими чарами. Хотя как же иначе объяснить его популярность у своего народа?
Тюштя тогда пожал плечами и ничего мне не ответил.
В самом конце обратного пути эрзянское войско покинуло нас. Никто не сказал ни слова: просто однажды ранним утром после тревожной ночевки мы проснулись от громких голосов и лязга оружия. Это инязор отдал команду своим воинам седлать коней.
Тюштя никак не согласовал это с нами. Просто решил, и все. Эрзянские воины деловито собрались в путь…
– Я спрошу у него, что случилось, – попробовал я метнуться к шатру Тюшти, но Блуд остановил меня.
– Не надо, – сказал он. – Киевский князь не должен выяснять отношения с князем эрзянским.
– Почему? – не понял я, но Блуд разъяснил.
– Эрзянь Мастор – крупное государство, – сказал он. – Это не мурома и даже не кривичи с древлянами. Тех мы всегда можем укротить и подчинить себе, если даже вздумают бунтовать или изменить. Но с эрзянами не так. Их очень много, они независимый народ, у них большое войско. Если Тюштя сейчас решил бросить нас и двигаться вперед, то не останавливай его. Может быть, со временем все изменится и вы снова станете союзниками и добрыми друзьями. А если ты теперь пойдешь ругаться с ним, может выйти ссора. А ссора – это надолго.
Я с восхищением посмотрел на Блуда. Вот кто родился прирожденным дипломатом! Выходит, успех человека зависит не только от него самого. И даже не только от обстоятельств. От времени и эпохи – тоже в не меньшей степени. Такой человек, как Блуд, с его способностями и мудростью, в XX веке стал бы министром иностранных дел какой-нибудь огромной страны и прославился бы на века. Но Блуд родился в Древней Руси, еще не знающей грамоту и не осознавшей себя страной. И такой могучий изворотливый ум зачастую попросту пропадает зря…
– Хотя почему пропадает? – тут же спросил я себя. – А разве весь проект со мной – подменным князем, проделал не именно Блуд? Он! Так что нет – совсем не напрасно живет в своем времени боярин Блуд. И, вероятно, совсем не напрасно появился в этом времени я сам. Вот только бы узнать, в чем тут механизм и в чем смысл…
Читать дальше
Конец ознакомительного отрывка
Купить книгу