Андрей Курков - Садовник из Очакова

Игорь остановился перед калиткой. Зашел, придерживая ее. Аккуратно открыл не захлопнутую на замок дверь. В сапогах прошел в комнату со старым диваном. Разулся, разделся и прилег, накрывшись заботливо оставленным рядом на табуретке одеялом.

Уже засыпая, продолжал думать о Вальке и Коляне, словно то, что он их помолвил в своем воображении, обязательно должно закончиться свадьбой в реальной жизни. Закончив решать их судьбу, вызвал из памяти Алену, дочь садовника. И с мыслями о ней заснул.

Игоря разбудил громкий, раздававшийся рядом кашель. Он открыл глаза, протянул руку к настольной лампе на тумбочке.

Неяркий свет не резанул по глазам. Просто предрассветная серость отодвинулась за окно. Игорь лежал у себя в комнате. В углу на матрасе спал Колян. Он уже перестал кашлять, но лежал беспокойно, похрипывая почти при каждом дыхании. У его изголовья на полу стоял стакан с маминой настойкой. Чуть дальше, под стенкой, стояли две пустые бутылки и одна початая.

Игорь уселся на кровати. В голове шумело, но как только взгляд Игоря остановился на Коляне, шум отступил. На его место пришли смутные мысли и отчетливая жалость. Игорю было жалко Коляна. Жалость Игоря не была такой уж сильной. Колян явно заслуживал большего, большей жалости, большего сочувствия. Его хакерский талант ударил бумерангом, оставив на память «зэчеэмтэ» и реальную угрозу жизни. Ему приходилось теперь готовиться к переходу в другую реальность, которая не была намного гуманнее первой. Она была просто иной. И всё в ней было иным, в том числе иные угрозы и опасности. Но, с другой стороны, ощутил Игорь и легкую зависть. Очень легкую, но заслуживающую внимания того, кто завидует. Если нарисованная Игорем картинка счастливого будущего Коляна и Вальки превратится в свадебную фотографию и на свадьбу в качестве фотографа они пригласят Ваньку Самохина, то их счастье может оказаться куда слаще невнятного и пока только лишь воображаемого собственного счастья Игоря. Дело было в том, что воображать счастье Коляна и Вальки было намного легче, и в реальность такого счастья верилось без труда. На тему собственного счастья Игорь еще так подробно не фантазировал. Может, пора начать?

Он совершил над собой усилие, отодвинув на край прозрачный, виртуальный портрет Вальки с ее задорными, нагловатыми глазами, и приблизил маленькую фотокарточку Алены. Алена на карточке была тихой и не хотела соперничать с бойкой торговкой рыбой. Алена была из «садовников», трудолюбивых, тихих и скромных. Валька была «лесником». Это и помогло Игорю уравновесить в своем сознании эти оба мира. И поэтому легко и непринужденно дал он этим мирам свои названия – «Мир лесников» и «Мир садовников». И исчезла завить к Коляну, как и жалость к нему. Он тоже «лесник», в «мире лесников» ему не будет хуже, чем здесь!

Колян, словно почувствовав, что о нем думают, перевернулся на бок, лицом к Игорю. Он приподнял голову, протянул руку к стакану, поднес его к губам. Выпил и, когда опускал стакан на место, заметил Игоря и горящую настольную лампу.

– Ты уже? – хрипловатым голосом спросил он.

– Уже, – Игорь кивнул.

– И когда?

– Сегодня вечером.

Утром, позавтракав на полу с Коляном гречневой кашей и сосисками, Игорь отправился снова помогать Степану. Степан был в хорошем настроении. Работая, напевал себе под нос какие-то песни, похожие на марши. Алена накормила их вкусным обедом, после чего они снова занялись вторым этажом новостройки.

– А что здесь будет? – спросил Игорь, кивая на комнатки второго этажа, которые они уже полностью освободили от мусора и остатков стройматериала.

В одну из комнат как раз в это время зашла Алена с ведром и тряпкой. Начала драить новенький, но затоптанный и покрытый строительной пылью паркет.

– Спальни, – ответил Степан. – Внизу будет кафе, а вверху – хозяева.

– Четыре спальни? – не сдержал удивления Игорь. – И еще в старом доме…

– Старый дом для старого хозяина, для меня, – улыбнулся Степан. – А новый – для новой хозяйки и ее семьи. Кстати, у меня для тебя есть серьезное предложение…

Игорь замер. Посмотрел внимательно в глаза садовнику. Вспомнил, как чуть не получил от матери оплеуху за то, что разные предложения не умеет различать. Это предложение было названо «серьезным».

– Вы мне предлагаете стать замдиректора кафе? – спросил Игорь не без иронии в голосе, сохраняя, однако, самое серьезное выражение лица.

– Нет, – спокойно ответил Степан. – Помощником на кухне.