Вероника Мелан - Дрейк

Эмоции хлынули потоком: доверие, тепло, ищущие касания пальцы, успокоение, гавань….

– Как во сне…. – от избытка чувств голос сделался хриплым, не своим.

А Дрейк улыбнулся. Спокойной, «знающей» улыбкой. И тепло в его глазах закружило голову и перехватило дыхание. Не может быть…. чтобы он мог так смотреть….

Когда за его спиной в серебристой униформе закрылась дверь, я так и сидела на стуле – третьем из пяти, в первом ряду – в полнейшей эйфории по совершенно необъяснимой причине.

За две недели многое изменилось.

Если раньше лекции казались тяжелыми для восприятия, а противный экран, казалось, извлекал из недр моей памяти только самое худшее, то с течением времени нареканий становилось все меньше, Дрейк указывал лишь на ключевые моменты, а многое с удовлетворительным кивком просматривал молча и почти сразу переходил к новым материалам.

Была в этом, помимо вправления мозгов Учителем, и львиная доля моих собственных заслуг: теперь на каждый случай вспыхнувшего раздражения, скользнувшей неприятной мысли или всплывшего не пойми откуда страха приходилось столько кропотливого анализа, что мозг тут же объявлял забастовку и переключался с негатива на хорошее, мол, «отстань, уже тошнит от хирургии», проще подобных моментов вообще не допускать, чтобы потом не «пилили». И следует заметить, что жизнь действительно стала легче, свободней и стократ приятней. Если бы мне довелось заняться столь тщательной проверкой эмоций «на вшивость» лет эдак в пять, то, возможно, к нынешнему моменту, к двадцати шести годам, моя скромная персона обрела уже терпимость и усидчивость самого Будды. Хотя как знать, как знать….

И все же результаты прилагаемых усилий очень радовали – теперь грубиянам доставались лишь царственные кивки и снисходительные улыбки, выскочкам и пройдохам – понимание, а критически оценивающим мою пышную фигуру взглядам – полнейшее равнодушие. Подобные «осмотры» почти не задевали меня не только потому, что для сохранения внутренней «глади пруда» прилагалось большое количество сил, а на холодильнике висела фраза, когда-то изреченная Коко Шанель: «Мне все равно, что вы обо мне думаете. Потому что я вообще о вас не думаю», но и потому, что рядом с этой фразой теперь висело меню, расписанное на неделю вперед и составленное для меня личным тренером-диетологом Кристиной.

Встреча с этой знаменательной личностью состоялась тем же знаменательным днем, когда за завтраком я плакалась Дрейку о своей неспособности считать калории. Уже через час после прихода домой в дверь позвонили, а на пороге объявилась улыбающаяся девушка-блондинка, стройная и миловидная, лет двадцати восьми-тридцати.

На контакт я, признаться, поначалу шла неохотно, но гостья сумела быстро расположить к себе, и после того, как мы разместились в гостиной, где я поведала о проблемах с весом и вредными привычками, она долго и очень подробно излагала мне, что и как нужно и важно менять в устоявшемся образе жизни. Причем, менять, по ее словам, не на время, а насовсем. Слова о том, что на некоторое время придется полностью отказаться от сладкого, мучного, жареного и еще много чего, втыкались в мою сластолюбивую душу подобно дротикам в поролоновый дартс и причиняли едва ли не физические страдания.

– Ну, вы можете радовать себя иногда парой конфет или маленьким кусочком пирожного, но делайте это не часто, – наставлял Кристина, сидя на диване с чашкой кофе в руках. – Отказываться от чего-то полностью глупо – в вас тут же обнаружится противодействующий механизм, который будет из-за лишений заострять внимание только на еде, постоянно отвлекать от других предметов и заставлять в конце концов срываться и набивать желудок всем, до чего вы только сможете дотянуться. Поэтому НИКАКОГО голода. Это очень и очень важно в долгосрочной перспективе!

Примерно с час я наматывала на ус советы и рекомендации. Девушка, проработавшая в области диетологии, как оказалось, более десяти лет, невольно внушала уважение. Клиника, в которой Кристина числилась ведущим специалистом, заслужила великолепную репутацию персональным и доброжелательным подходом к каждому клиенту, и этот именитый подход я всеклеточно прочувствовала на собственной шкуре уже на первых минутах посещения.

Слова Кристины с журчанием вливались в голову и, как ни странно, там же и оставались, вызывая щекочущее чувство – нет, не близкого лишения заветных лакомств, а (вот уж сюрприз) возбуждения и радости от грядущих перемен. Она говорила, показывала собственные «до» и «после» фото, впечатляющие различием изображенным на них двух девушек-блондинок, и, слушая ее, я все больше вдохновлялась на новые победы. Ну и что, что смена питания? Пусть тортов и конфет станет меньше, но, может быть, в первый раз в жизни я смогу купить одежду хотя бы на размер меньше? Ведь это уже праздник. А если на два…. М-м-м-м-м.