Константин Костин - Моя понимать

ПОКА всем, кто находился во дворце, было не до пришельцев из другого мира. Пришельцы подождут. А вот отряд заговорщиков, возглавляемый отщепенцами Каменотесом и Пивоваром — дело срочное. Он уже приближается ко дворцу.

Громада дворца темнела на фоне вечернего неба. Ни в одном окне не горел свет, разве что изредка мелькали огоньки свечей. Дворец походил на огромного неповоротливого зверя, затаившегося в ожидании нападения врага.

Меланхоличный товарищ Сталевар отозвал почти всю охрану, оставив на воротах и на входе несколько человек, самых трусливых и нестойких. Товарищ Речник не хотел, чтобы во имя его погибали люди. Пусть лучше бросают оружие и убегают… Справятся и без них.

Полицейские редкой цепочкой — очень редкой — рассредоточились по периметру дворцовой стены. Ирония судьбы, полгода назад они, вместе с другими товарищами брали дворец, на стенах которого находились враги, а сейчас они сами защищают тот же дворец от собственных товарищей…

Среди полицейских можно было увидеть и длинную фигуру господина Шарля. Выбрав себе несколько удобных точек, он сидел на парапете, привинчивая к штуцеру, прихваченному из замка мастера Сильвена, оптический прицел. Прицел сделала для него мышанка Кэтти, внимательно слушавшая рассказы Димки об оружии его мира.

Кстати, самой Кэтти нигде не было видно. Как и Джона.

Димка, мысленно матерясь на самого себя последними словами, выбрал для себя самое опасное место — коридор, который отходил сразу от входа. Он знал, что задумал товарищ Речник, и у нападающих не было шансов пробиться во дворец. Но если они все же смогут это сделать… Пусть лучше их встретит пуленепробиваемый яггай с огромным револьвером, чем храбрый, но слишком уязвимый представитель другой расы. А пропускать противника во дворец… Храбрые солдаты, терпящие поражение, любят отыгрываться на ком-нибудь беззащитном. И пусть во дворце таких не осталось…

Димка собирался защищать дворец. Опять.

К закрытым воротам дворца подъехала карета. На дверце еле виднелись в темноте буквы, складывающиеся в знакомое каждому имя. «Речник». Личный транспорт товарища вождя.

Все заинтересованные лица могли наблюдать, как из боковой калитки вышел, сопровождаемый тремя девушками из личной охраны, тролль, в надвинутом на глаза котелке. С легкой димкиной руки котелки начали носить не только полицейские, но и простые революционеры.

Тролль в обычной одежде товарища Речника, сопровождаемый охраной товарища Речника, сел в карету товарища Речника. Одна из девушек запрыгнула следом и широкая ладонь тут же опустилась ей на колено.

— Прекратите, гражданин Серж, — прошипела девушка-эльфийка, пытаясь сдвинуть руку, — товарищ Речник себе такого не позволяет…

— Нас никто не видит…

Нахальная ладонь медленно поползла выше…

Карета тронулась и покатила туда, где были собраны почти все сторонники вождя.

Дворец остался стоять, темный и мрачный.

Нет, не зверем он был. Огромной, уже взведенной ловушкой.

Черные, из-за городской одежды, группки людей устремлялись по улицам и переулкам столицы в направлении дворца. Встречаясь, они сливались в более крупные, появлялись командиры и группы превращались в отряды. Казалось, к дворцу движется темная туча, полная огненного дождя…

Стучали сапоги по булыжникам мостовых, блестели стволы ружей, раздавались тихие, приглушенные команды…

Черная масса вытекла на площадь перед дворцом, растеклась, устремилась к воротам…

И остановилась.

История повторялась. Опять.

Ворота во дворец были закрыты. И запечатаны цепями.

Товарищ Речник умел учиться.

Отряд спасителей революции от отщепенца и перерожденца, бывшего вождя товарища Речника — да, кто именно является отщепенцем, сильно зависит от точки зрения — остановился, глядя на ворота.

Средств их взлома не было.

— И что теперь делать? — спросил кто-то в толпе.

С неба пошел дождь. Мелкий и холодный.

Калитка в дворцовых воротах — это вам не калитка в деревенском заборе. В нее свободно могли пройти три человека в ряд или проехать один всадник на слоне. Поэтому, раз уж ворваться на дворцовую площадь не удалось, остается войти на нее.

Через калитку.

Калитка была закрыта. Но в окошке караульного помещения горел свет.

— Эй там, охрана, открывайте дверь!

Скрипнула дверь в караулку, выглянуло круглое лицо с маленьким носом-кнопкой. Саламандр.