Дмитрий Светлов - Закон меча

– Андрей Федорович! – Оклик Речана остановил Норманна на полпути к комнатам замкового портного.

– Здравствуй, друг. Сегодня день отдыха, или воины немного потрудятся с оружием на плацу?

– Помилуй, кто же в воскресенье заставляет людей работать! – возмутился Речан.

– Извини, в походе потерял учет дням. Сам-то почему здесь? В церкви уже должна идти служба.

– Забоялись мы, языка не знаем, и обряд римский исполнять неохота.

– Понял, – кивнул Андрей. – Где отец Иоанис?

– В казарме с воинами псалмы поет.

Норманн на минутку замолчал, надо было искать выход, в четырнадцатом веке никак нельзя игнорировать тягу к церкви. Внешне церкви Гаскони ничем не отличались от традиционных православных храмов.

– Я поговорю с кюре, возможно, он разрешит Иоанису служить нашу Литургию.

– Не в этом дело, Андрей Федорович, у общества к тебе просьба, нуждаемся в денежном довольствии.

Норманн невольно похолодел. Неужели они вчера набедокурили и сейчас собирают деньги на выплату компенсации? По Новгородской Судной грамоте еретики приравнивались к изменникам, само дело рассматривало Вече. Штрафом там не отделаться, в таких случаях грозила казнь с конфискацией имущества. В Бостоне ежедневно жгли вероотступников, за все время пребывания в городе Норманн насчитал без малого две сотни костров. По логике вещей местная инквизиция не должна была свирепствовать. Гасконь – не отдаленная римская провинция, христианство пустило здесь корни почти четыреста лет назад.

– Что за беда? Побили кого или вам досталось? – поинтересовался Андрей.

– Ну что ты! Здесь недалеко, на другой стороне реки, стоит заброшенная церковь, нам бы ее выкупить.

– Не понял! Почему туда никто не ходит и зачем вам ее выкупать?

– Раньше там стоял замок Бигорр, отец нынешнего графа ограбил соседа, имение сжег, а людей увел, – пояснил Речан.

– Мы-то здесь с какого боку? Или решили осесть на пустующих землях?

– Да нет, тамошний кюре просто так в церковь не пускает, денег требует.

– А кнутом высечь и епископу отписать?

– Стар он, хочет домой вернуться, а за дорогу платить нечем.

– Не хитрит? – с сомнением уточнил Норманн. – Для него открыты двери любого монастыря.

– Не знаю, – пожал плечами Речан, – только общество решило туда перебраться, вольготно и никого не стесним.

– Отец Иоанис знает о вашей затее?

– Советовались с ним, обещали один домик специально для него подправить.

– Хорошо, оформляйте купчую, я внесу деньги в дар дружине. Но сначала Иоанис должен поговорить с местным кюре. Мало ли что, вдруг собака где-то зарыта.

С одной стороны, Норманна устраивала сделка с покупкой церкви. Стоять им здесь не менее месяца, воины смогут хорошо отдохнуть и развлечься. Нельзя пренебрегать житейскими удовольствиями, боевой дух как раз и зависит от подобных мелочей, а не от преданности каким-либо идеям. Напрягала нелогичность предстоящей покупки: земли пустовали более десяти лет, причем не бросовые, а плодородные. Почему? Для этого должна была быть очень серьезная причина. На каком основании кюре продает церковь? Подобная сделка абсолютно абсурдна, храмы редко находятся в частной собственности. Или все же и такое бывает?

…Портной любовно разглаживал ладонью принесенную слугой ткань. Сначала он расстелил отрезы шелка, затем отрезы бархата, а получив парчу, неожиданно заплакал.

– Сир, спасибо вам, я даже не мечтал прикоснуться к столь великолепным тканям!

– Вы успеете сделать к вечеру хотя бы одно платье? – деловито спросил Норманн.

– Из этой ткани! Нет, нет и нет! Здесь требуется особая работа!

– Вам не приходилось шить одежду из щелка или бархата?

– Через мои руки прошло много парадных одежд. Но вы принесли ткани изумительного качества.

– Моя дама должна получить наряд к вечернему выходу! – От расстройства Норманн даже притопнул ногой.

– Если позволите, я сейчас же пошлю помощника к нашему лавочнику, – заторопился портной. – У него обязательно найдется пара отрезов генуэзского или мавританского шелка.

Норманн недовольно фыркнул, а слуга выложил на стол небесно-голубое сукно.

– Византия! Подобное сукно можно купить только в Париже! Сир, умоляю вас не спешить! Не заставляйте меня резать это великолепие.

– Вас устроит подобный бархат? – Норманн указал на курточку слуги.

– Отличная ткань для юной красавицы! Я немедленно сошью платье по последней бургундской моде!

Слуга, не дожидаясь приказа, побежал за нужным материалом, а Норманн еще раз недовольно фыркнул. Кто бы мог подумать, что во Франции такой отстой! В Новгороде никого не удивишь ни китайским атласным шелком, ни индийским бархатом, кстати, тоже из шелковой нити. Любой портной спокойно берется за выполнение заказа, а тут прямо-таки читают молитву и льют слезы.