Анна Гаврилова - Уши не трогать!

– А Оризинду ты случайно не пригласила? – подавившись утренней бурдой, так непохожей на кофе, спросила я.

– Пригласила, конечно. Она же фрейлина!

Черт. Кажется, Ванесса не в курсе вчерашнего разговора. Иначе с чего непонимающе хмурится?

– Более того, – продолжила герцогиня осторожно, – граф Фактимус тоже приглашен. И думаю, он будет. Несмотря на арест.

М-да… Вся семейка в сборе.

Я бросила взгляд на зайчика. Он остался невозмутим, как айсберг перед встречей с «Титаником». Ну да, теперь причин дергаться насчет Ориса нет.

Как там у классика было? «Так не доставайся же ты никому»?

– Ладно. – Я шумно выдохнула, сделала еще один глоток черной бурды. С легкой грустью вспомнила утренний кофе от Арха – он был несравнимо вкусней. – Предлагаю выяснить еще один вопрос. Кто нас сдал?

Глазки каргули превратились в две малюсенькие щелочки. Едва заметный кивок дал понять – мы подозреваем одного и того же персонажа.

Разоблачение и допрос пришлось отложить минут на десять – Шерр и неучтивый слуга принесли дополнительные блюда. И снова передо мной оказалось блюдо с ракашшей… третий день подряд. Интересно, это случайность, намек или издевательство?

Черт. Уже неважно.

– Так зачем он нас слил? – отправив в рот кусочек рыбного пирога, поинтересовалась Ванесса.

Я искренне улыбнулась миловидной блондинке, тоже удостоила вниманием пирог.

– Видимо, боялся за свою шкуру, – прожевав, отозвалась я.

– Хм… Госпожа Ольга, а вам не кажется, что это трусость?

Официальный тон герцогини Аргар вызвал еще одну улыбку. В этот раз искреннюю.

– Ну что вы… Он не трус. Наоборот – очень смелый. Вы только вообразите: выбрать единственный момент, когда все обитатели особняка будут заняты, сообщить о нем, а после лучиться радостью, расписывая все прелести канализации. Это очень смело. Я бы так не смогла.

– Хм… А мне кажется, вы путаете смелость с находчивостью, – парировала Ванесса.

Я устремила хмурый взгляд к потолку, подумала и призналась:

– Пожалуй, вы правы. Но ведь у него не было иного выхода…

– Думаете? А мне кажется, информации о вас, дорогая госпожа Ольга, достаточно, чтобы откупиться от Ориса Фактимуса.

– О! Вы переоцениваете интерес графа. Он дважды доводил меня до исступления своими поцелуями, но в обоих случаях прерывал ласки, требуя указать, где Шердом.

Черт. Последняя фраза была лишней. Вариэль подавился злосчастным пирогом, а в следующую секунду на меня глядел отнюдь не робкий юнец – зверь, самый натуральный. Даже не так… зверюга! Глаза потемнели, в них появился стальной блеск. Два ножа, вспарывающие врага.

– Ладно, хватит комедий! – Тон каргули переменился столь резко, что даже озверевший зайчик вздрогнул.

Все внимание переметнулось к господину Криссу. Он, кстати, тоже подавился – справедливость все-таки существует.

Черт! Ну неужели этот восторженный блондинистый изобретатель не понимал, против кого играет? Мы же его, считай, на помойке подобрали. Трубы его многострадальные к делу пристроили, столько поводов для вдохновения дали, кормили, поили, от властей скрывали… Или Орис все-таки пострашней нас будет?

– Он сказал, что замнет дело. – Жалостливый голос барона никого не тронул. – Я не хотел. Я просил. Умолял…

– Вы могли прийти к нам и во всем признаться, – заявила Ванесса. – Мы бы нашли выход из ситуации.

– Я… – Господин Дориэль замялся, после отшвырнул салфетку и вскочил. – Но Шердом здесь! Я собственными ушами слышал, как вы ругались!

Палец изобретателя ткнул в герцогиню.

Ой, зря он это сделал.

Спокойная, как атомный ледокол, герцогиня коснулась бляшки с полупрозрачным камнем. Рыкнула:

– Шерр, сюда!

Старший слуга, облаченный в алый камзол, явился мгновенно. Словно из-под земли вырос.

– Проводите господина Дориэля, – распорядилась ее светлость. – С этого дня ему запрещено переступать порог моего дома.

Длинноухий слуга учтиво поклонился. А вот изобретатель учтивость утратил окончательно.

– Вы не посмеете! – заявил Крисс. Рука взметнулась, указывая куда-то в сторону. – Это и мое изобретение тоже! Я имею все права!

Черт. И здесь?

Папа много раз рассказывал, чем заканчивается необдуманное партнерство. Сам, едва смог, разделил бизнес с партнером, хотя никто не понимал – зачем разбегаться, если прений нет. Папа тогда сказал – да, проблем нет. Пока нет.

– Сколько? – равнодушно поинтересовалась я.

Барон вздрогнул. Через несколько секунд выдал: