Владимир Кучеренко - Возвращение Легенды

– Вставай немедленно! – скомандовала я.

Самый послушный ученик не отреагировал, а только уткнулся носом мне в шею и томно задышал.

– Перестань, тебе говорю! – уже перешла я на крик и беспомощно задергалась. – Отпусти!

Но большой вес и крепкие захваты (научила же на свою жэ) не позволяли ничего сделать. Сейчас мое беззащитное тело полностью во власти возбужденного молодого мужчины.

Мидо поцеловал меня в надключичную ямку и, прежде чем я успела возмутиться, жадно впился губами в мои уста.

Сумела выдернуть левую руку и яростно заколотила парня по спине. С таким же успехом можно разбивать ворота средневекового замка, используя вместо тарана надувной «банан» с черноморских пляжей. Тогда стала кусаться, но это только раззадорило насильника.

«Только бы не услышал возню Тузик. Иначе придется как-то объяснять в деревне, почему от толстячка осталась кучка пепла. На меня и так многие смотрят с опаской. А то, что может произойти, заступись за меня дракончик, никоим образом не добавит мне очков», – мелькнула в голове глупая мысль.

А вот помощь Вотара действительно не помешала бы – уверена, что мастер спорта по борьбе сумел бы вывернуться. Ну почему сегодня Серому снюсь не я? «Хотя, может, это и к лучшему», – решила я, вспомнив, что сотворил земляк с напавшей на меня пьяной компанией. Мидо хоть и одурел, но калечить его многочисленными переломами (меньшей кровью насильник от Тарасова не отделался бы) не хочется.

Спустя минуту подросток насладился и оторвал от меня окровавленные уста. Потом вдруг, словно его окатили ведром колодезной воды, резко вскочил и попытался поднять меня. В ответ я отвесила звонкую пощечину. Пелена сумасшествия сошла с глаз Мидо, и теперь он смотрел на меня виноватым взглядом. Испуганный парнишка залепетал:

– Прости, сам не знаю, что на меня нашло.

– Пошел вон, – сдерживая слезы, ответила я и отвернулась.

– Олика, обещаю, это никогда не повторится. Извини, пожалуйста. Никогда себе не прощу. Ты такая… такая… а я… позволил… Прости… Олика…

– Уходи!

Мидо страдальческим голосом сбивчиво запричитал:

– Не гони меня, Олика, прошу тебя… Просто, думал… до этого я никогда… не смел… и я не хотел… Не гони меня, Олика…

Я молчала.

Парень повесил голову и промолвил:

– Ты, наверное, думаешь, что я еще ребенок? Но это не так! Я уже мужчина и люблю тебя! По-настоящему люблю, как взрослый!

Уничтожающим взглядом я посмотрела на «как взрослого мужчину» и процедила сквозь зубы:

– Да, ты не дитя. Ты – не умеющий сдерживать позывы к размножению молодой и глупый самец. Чем ты лучше тех, что недавно на этом самом месте избили тебя и пытались меня изнасиловать? И откуда тебе знать, что такое любовь?

Мидо поник и побрел в деревню. Провожая его взглядом, я испытывала двоякое чувство: с одной стороны, теряю преданного друга, но позволить ему остаться безнаказанным тоже нельзя.

Да, мальчишка перегнул палку. Но не более, чем остальные в этом мире. Его ведь никто не учил, как правильно ухаживать за дамами. Подобное проявление чувств к противоположному полу – норма для Пангеи. Если женщина не особо против, то такое грубоватое обращение не считается чем-то из ряда вон выходящим. Может, обернуть все в шутку и забыть произошедшее? Кроме того, мне даже чуточку понравились его неумелые поцелуи.

Парень уже взобрался на взгорок и обернулся.

– Я люблю тебя, Олика! – крикнул он, а потом чуть тише добавил: – Прости еще раз.

Смотрю на него, не отводя глаз, но по-прежнему молчу. Не выдержав моего взгляда, Мидо отвернулся, снова сгорбился и пошел прочь.

Что я наделала? Ведь сама же виновата – зачем дразнила и «вертела хвостом»? Не знаю, может, поступила неправильно, но решила простить. Пробивающиеся сквозь толщу падающей воды два светящихся красным зрачка только обнадежили в том, что приняла верное решение. Получается, Тузик за всем наблюдал, но не выскочил из пещеры и не вступился за меня – значит, не почувствовал, что от Мидо исходит настоящая опасность?

– Подожди, – промолвила я чуть слышно.

Однако мой горе-воздыхатель замер, сам не понимая, почудился ему мой голос или нет. Так он и стоял без движения, боясь пошевелиться и спугнуть робкую надежду. Подошла, обняла сзади могучие плечи и шепнула:

– Целоваться ты не умеешь, но я тебя научу.

Мидо

– Подожди, – донесся до меня слабый голос Олики. Или показалось?

Остановился и замер. Сзади раздаются ее легкие шаги. Девушка подходит все ближе и ближе. Что делать? Закрыл глаза и жду, что произойдет. Вздрогнул от неожиданного прикосновения и услышал, как та, которую я так бессовестно обидел, ласково шепнула мне на ухо: