Виктор Шайди - Иероним

– Ух ты, да я полиглот!

– Поли… кто?

– Потом объясню, – отмахнулся я от зверя и прошептал на шелестящем языке: – Хочешь, подарю свободу?

Темнокожий вздрогнул и молнией метнулся к решетке, схватив гулко отозвавшиеся прутья руками. Серые пронзительные глаза уставились на меня, пытаясь ненавистью просверлить во мне дырку.

– Кто ты? Откуда знаешь язык пустыни?

– Неважно. Освободиться хочешь?

– Хочу вырвать твое сердце, железная сволочь!

– Хорошо. Вырвешь. Давай договоримся – бросишься не сразу, как откроют. Будешь слушаться до заката и, как мужчина, подождешь.

– Согласен слушаться тебя до вечера, слово воина, – змеей прошипел пленник.

– Господин, не подходите близко к твари, опасно! – В мою сторону, громко крича, бежал мальчишка, помощник торгаша.

Послушавшись, я отошел подальше. Трувор и Тюрик вместе с разряженным цветастым петухом-кочевником спешили навстречу.

– Ваша светлость, будем брать бесполезных заморышей? – подмигнув, начал торг Тюрик.

– Обижаешь, дорогой, какие заморыши? Свирепые, сильные воины! – подключился торгаш.

И началась игра. Препирающиеся то срывались на крик, то махали друг на друга руками, то трагически закатывали глаза, не соглашаясь с называемой собеседником ценой. Тонкости здешнего торга, похожего на театральную постановку, порядком утомили меня, и я спросил:

– Уважаемый, что в той клетке?

– Господин, – почтительно поклонился купец, – там черный человек с юга, совсем дикий! Ничего не понимает, всех калечит! Я по дурости выиграл несчастного в кости у проезжего. Представляешь, кормил хорошо, как собственного сына, так неблагодарный сломал руку одному из моих помощников. Для тренировки рыцарей – очень хорош!

– Сколько хочешь?

– Ползолотого, – не моргнул глазом купец, но на его лице явственно промелькнула радость – наконец-то он избавится от порченого товара.

Я не выдержал и рассмеялся.

– Вот тебе четверть золотого, открывай клетку!

– Господин, сейчас крикну помощников, они свяжут его, и открою! – радостно воскликнул купец, и деньги перекочевали в его карман.

– Давай ключи. – Я протянул руку.

Торгаш помешкал, но все же положил мне на ладонь ключ от клетки.

Я подошел к прутьям и так, чтобы никто не услышал, прошипел:

– Ты держишь слово! Будешь спокойно вести себя до вечера, а не то сильно пожалеешь… – И включил ночное зрение, чтобы получше рассмотреть реакцию пленника.

На темном лице негра проступила бледность, когда он увидел мои желтые глаза без зрачков.

– Ты понял? – спросил я.

– Да.

Выключив ночное зрение, я открыл клетку. Присутствующие замерли, крепко взявшись за рукояти мечей. Разминая затекшие мышцы, пригнувшись, в проходе появился чернокожий гигант. Высокий, широкий в плечах. Мощная грудная клетка и огромные руки. Из одежды – грязная повязка, обматывающая бедра, и остатки жилетки, лохмотьями свисающие по могучему торсу. Щурясь на свет, гигант постоял немного и подошел ко мне. Ударив себя кулаком в грудь, прошипел:

– Роган держит слово.

Тюрик с Трувором обнажили мечи и ждали команды, готовые порубить великана, если кинется на господина.

– Успокойтесь и принимайте новых рабов. Надеюсь, сторговались! – холодно произнес я, а темнокожему показал рукой на свободную телегу.

Гигант под удивленные взгляды моих сержантов прошествовал к повозке и занял место возницы. Купец, потерявший к нему всякий интерес, назвал общую сумму. Пока производили расчет, звеня серебром, рабы, выпущенные из клеток, покорно, не толкаясь и не шумя, загрузились на телеги. Не знаю, что сказал им Трувор, но на лицах читалась благодарность и полное повиновение. В глазах же темнокожего гиганта иногда пробегала искорка страха.

– Тюрик, отведи людей на постоялый двор, пусть срочно отмоются и поедят. Вот, возьми на расходы и купи одежды с запасом. – Я отсыпал пригоршню серебряных монет. – Потом бери пустую подводу и ищи нас в оружейном ряду, а новобранцы пусть седлают лошадей и будут готовы не мешкая выехать.

– Мой лорд, сделаю, как велели, – поклонился Тюрик, шустро пряча деньги в мешочек на поясе, и, взяв лошадь по уздцы, стал разворачивать ее в сторону постоялого двора.

При расчете я заметил холодный огонек нескрываемого интереса в глазках торговца, когда тот увидел на моей неосторожно вынутой из кармана руке перстень.

Побыстрее закончить дела! Очень не хочется узнать, чем так заинтересовался разряженный хлыщ.