Виктор Шайди - Иероним

Чтобы не спугнуть так дорого достигнутое состояние, я попробовал осторожно мыслить и постарался впитывать трудное учение.

Это – като! Я часто видел в кинофильмах занимающихся буддийских монахов. Связки движений Эреба имитировали удары. Неожиданно во мне проснулся и понемногу разгорался спортивный интерес. Еще в детстве я имел тягу к спорту, которым продолжил заниматься и в военном училище.

Я увлекся размышлениями, и державшиеся в голове образы внутреннего огня померкли. Незамедлительно последовало вознаграждение – очередной удар жестокой молнии.

Понял. Думать надо очень осторожно! Включаю полное подчинение. Может, это и есть тот путь, ведущий к выходу из бредового состояния? Нужно не просто плыть по течению, а еще и активно грести, желательно не задевая берегов. За задевание наказывают, и весьма жестоко.

Природная леность сидит в каждом современном индивидууме, с детства воспитываясь техническими новинками, значительно облегчающими жизнь и труд. Именно лень сделала из обезьяны человека. Она подталкивала и двигала прогресс, и люди не прекратят стремиться к комфорту и минимуму физических затрат. Чтобы не лазить по деревьям, предки человека взяли палку и принялись сбивать плоды, далее было копье, лук, мушкет, автомат, пулемет. Меньше сил – больше эффективности. Лень по праву считается топливом чудовищного локомотива прогресса, а стимул – беспощадный кочегар, кидающий ее в вечно горящую топку.

Ах, если бы так заставляли учиться в школе и училище – стал бы академиком!

Упражнения закончились, и мучитель направился к стоящим вдоль правой стены странным деревянным приспособлениям. Искушать судьбу не хотелось, пришлось последовать его примеру. По пути восстанавливая дыхание и сердечный ритм, я подошел к Эребу и взялся за такой же странного вида деревянный снаряд, еще не зная, что предстоит. Мы долго выполняли различные упражнения, поднимали бревна, махали тяжелыми мечами и другими древними орудиями ближнего боя, коих было множество у каждого снаряда. Обучение походило на спортивную тренировку, предназначенную измотать и измучить. Интерес и желание научиться разгорались сильнее, подгоняемые осознанием неминуемого наказания в случае оплошности. Хотя я, будучи выпускником военного училища, и привык к нагрузкам, но в конце занятий практически не стоял на ногах от усталости.

Все!

Странная кома!

Страшно хотелось пить, поесть, полежать, вытянув ноги.

– Теперь в горн! – прогрохотал по залу голос повелителя.

Замешкался, не понимая приказа, и тут же обжигающий удар безжалостной молнии бросил меня в центр арены из факелов, где уже ждал Эреб. Когда он успел туда переместиться?!

Удивление пересилило терзающую спину боль. После упражнений Эреб ничуть не вспотел. Огромный, на бугрящихся стальных мышцах играют сполохи. Пронзительно смотрит, чудовищно скалясь, золотая маска. Поняв, что хочет мучитель, я принял боевую стойку.

Раньше на занятиях по физподготовке регулярно принимал участие во многих спаррингах. Били меня, и я бил. Часто побеждал и до этого момента думал – драться умею хоть и не мастерски, но довольно профессионально.

Первый удар Эреба отбросил на пол. Хруст ломающихся ребер и вспышка сильной боли затуманили сознание.

– Вставай! – прогремел Гефест, и удар плетью подкинул меня на ноги.

Сколько длился кошмар, не могу сказать точно, время, постоянно ускользая, остановилось. Жесткие, сильные удары потрясали, ломая, тело. Боль прижала к залитому кровью каменному полу арены, и даже плеть, синим огнем опускающаяся на спину, не смогла заставить меня подняться. Золотая маска напоследок блеснула в сполохах факелов, и сильный жестокий удар погасил свет.

Сны, сочетание образов и воспоминаний, отголоски пережитого, хаос переживаний, мыслей, чувств носили разум по темным лабиринтам сознания. Вспышки боли, приступы ярости и страха мухами роились, заставляя вздрагивать. Пробуждение сдернуло кошмарное одеяло. Глаза открылись, и рассеянный свет проник сквозь толщу вязкой субстанции.

Пришел в сознание на дне озера.

Странно! Свободно дышу под толстым слоем тягучего белого вещества. Тело полностью онемело, деревянной недвижимой колодой покоилось в студенистой колыбели. Легкий хруст костей звучал далеким эхом. Непостижимо организм со скоростью машины заживлял раны.

Квест не пройден.

Ко мне пришло неописуемое блаженство, мягкими пушистыми ладошками погружая в спокойный сон.