Виктор Шайди - Иероним

Работы Кириму прибавилось.

Желая ускорить процесс раздачи регалий, я продолжил:

– Леди Эльза, постройте гвардейцев личной охраны герцога!

– Письменным указом о воинских регалиях его светлости сэра Александра Дрэгона, герцога Сапсанского по праву наследования, – зачитывал вошедший во вкус Понтий, – воинам, удостоенным почетного звания гвардейца герцогства Сапсанского, надлежит носить в левом ухе и не снимать под страхом смертной казни отличительный знак благородства и доблести – серебряную серьгу, изображающую щит с профилем волка! Воинам личной охраны – в правом ухе отличительный знак почетной принадлежности к личной охране герцога, серебряную серьгу, изображающую щит с перекрещенными мечами!

– Сэр Эрик, постройте гвардейцев!

– Письменным указом о воинских регалиях его светлости сэра Александра Дрэгона, герцога Сапсанского по праву наследования, – повторял попугаем Понтий, – воинам, удостоенным почетного звания гвардейца герцогства Сапсанского, надлежит носить в левом ухе и не снимать под страхом смертной казни отличительный знак благородства и доблести – серебряную серьгу, изображающую щит с профилем волка! Воинам – помощникам главного оружейника – в правом ухе отличительный знак почетной принадлежности к отряду главного оружейника, серебряную серьгу в виде щита с изображенной на его фоне наковальней!

Минут пятнадцать бедный Кирим прокалывал уши и вдевал серьги.

Воины вернулись на места, гордо блестя украшениями в ушах.

– Скорик! Подойди и преклони колено!

Молодой воин с блестящей серьгой гвардейца в левом ухе и покоящейся на перевязи забинтованной рукой, подбежал и преклонил колено.

– Скорик, ты проявил себя в обучении желторотых и назначаешься сержантом пополнения!

– Письменным указом о воинских регалиях его светлости сэра Александра Дрэгона, герцога Сапсанского по праву наследования, – громко зачитывал Понтий, – гвардейцам, удостоенным почетного звания сержанта герцогства Сапсанского, надлежит носить в правом ухе и не снимать под страхом смертной казни отличительный знак высокого положения и доблести – серебряную серьгу, изображающую щит с мечом!

– Кирим!

Поднаторевший ювелир мигом проколол парню ухо, повесив отличительный знак сержанта.

– Встань, сержант Скорик, и займи почетное место среди командиров!

– Мой лорд! – Парень вскочил.

– Рыцари, гвардейцы, сегодня мы принимаем в нашу дружную семью пополнение! Желторотые будут посвящены в воины, а пять человек заслужили почетное звание гвардейцев! Сержант Скорик, постройте пополнение! Сэр Трувор, к вам переходят три человека, сэр Тюрик, ваш отряд пополнят двое! Облеченные званием рыцарей, примите в воины и гвардейцы пополнение, пожаловав отличительные знаки гвардии и подчиненных отрядов! – скомандовал я, устало опускаясь на стул во главе стола.

Трувор, Тюрик, Эльза и Эрик, позвякивая новенькими шпорами, подошли к столу и приступили к процедуре принятия пополнения в воины.

– Письменным указом о воинских регалиях его светлости сэра Александра Дрэгона, герцога Сапсанского по праву наследования, – зачитывал Понтий, – желторотым, удостоенным почетного звания воина герцогства Сапсанского, надлежит носить в левом ухе и не снимать под страхом смертной казни отличительный знак доблести – серебряную серьгу, изображающую щит. Правое ухо до распределения по отрядам остается свободным!

– Ну и заварил ты кашу! – Адольф вальяжно положил тяжелую голову мне на колени и многозначительно взглянул желтыми бездонными глазами.

– А что прикажешь делать? Сэр Фридрих огромную свинью подложил с кольцом и ожерельем… Да и ты не предупредил. Как сейчас по-другому смогу отблагодарить верных людей? Ненавистная печать, символ мнимой власти и добытое в бою золото – вот и все, чем богат. Кроме этих бедолаг, сам видишь, сторонников нет, а во врагах, судя по надписи, – я потряс медальоном, – здешний император!

– Это да…

– Что – да?! Толкнул надеть проклятый перстень, хотел стать вампалом герцога, а не простого лейтенанта! Сейчас – пропадаешь на кухне!

– Ты и сам неплохо справляешься, – насупился Адольф. – Да и не могу я научить управлять людьми…

– Извини, был не прав, научил же летать…

– И многому другому обязательно обучу, вот вспомню…

– Все-таки я рад, что есть такой друг.

– Друг?

– Ну не слуга же?! Помнишь, я освободил тебя от рабства?

– Помню. А задумка с серьгами хорошая…