Виктор Шайди - Иероним

Голодные мысли грызли железную скорлупу слов, пытаясь добраться до сути, ибо душой чувствовал я – в ней спасение мое от слепцов, наполнивших обитель. Познанными истинами вооружив веру свою, переставив местами слова, постиг я смысл, и разверзлись глубины, и понял я ПРАВДУ – слепцы извратили изречение, спрятав смысл великих слов, ибо гласило оно: «ВЕРА – есть цель идущего, ПУТЬ – есть цель верующего». Познание сего глубоко затронуло душу, и увидел я ПУТЬ мой, ибо веры достиг я. Путь мой нелегкий – выбраться и донести до душ заблудших и запутанных истинный свет ПРАВДЫ и веры.

Вооружив разум слухом, я искал во тьме и сырости избавление, слыша лишь стенания жертв невинных и творящиеся в алтарной комнате злодеяния непостижимые. И слышал ритуал страшный, проводимый голосом архипастыря, и скрежет когтей демонских, и удар грома, и крик дикий с предсмертными воплями. Возрадовался я, и вера моя укрепилась, ибо Основатель поразил архипастыря. Слышал я отходные песнопения и треск костра погребального. Стенания жертв невинных терзали меня, но больше терзала слепота их, ибо не познали они мудрость Основателя, уповая на милость слепцов. Тьма и голод истязали тело мое, и ежедневный сухарь и плошка воды поддерживали жизнь. Но не боялся я смерти, боялся не донести познанное, и светлая мечта о прозрении слепцов согревала душу. И научился я различать кашель и хрип предсмертный, и познал я звук смерти, опосля которого отец храмовник выпускал несчастных последний раз увидеть свет дневной, и выбрал я тяжелый путь избавления. Пронзенный холодом и тьмой, познавший тайну пяти изречений Основателя, копировал я звук смерти, обманув врагов, но, покинув келью, испугался я, ибо слишком ослаб телом.

Сейчас же, когда отошел от обители и ощущаю возвращение сил, душа моя пылает от ПРАВДЫ, а разум терзается, пытаясь понять смысл шестого изречения Основателя, ибо не знаю, куда дальше направить стопы мои и как донести сокровенное знание до душ людских. Спутник в изгнании рыжий кот сопровождает и кормит меня, и, прячась от хищников, мы ночь проводим на деревьях.

Основатель, помоги мне и просвети, страшная ПРАВДА грызет душу мою опечаленную, и не могу я написать ее, ибо боюсь доверить полотну рубища, заменившему пергамент. Знаю, будут искать меня, вот и иду вдоль Текущего Провидения по тропам звериным, вдали от людского жилья.

Преисполненный надежды Алфений .

Проснулся в одиночестве – ночные нимфы исчезли, оставив нежный запах весенних цветов. Легкий сумрак пронзали редкие солнечные лучи. В ногах лежал вампал и делал вид, что крепко спит.

– Ну и когда это прекратится? – буркнул Адольф.

– Что именно? – переспросил я.

– Когда ты остановишься? Может, хватит заниматься гаремом, пора и делам время уделить?

– Так ты об этом… – Я невольно вернулся мыслями к событиям минувшей ночи.

– Как можно об этом еще и думать? – фыркнул рыжий.

– Ладно, не приставай. Могу я хоть немного отвлечься от проблем? – примирительно сказал я, потрепав вампала за ухом. – Иногда надо испытать поистине хорошее, а не всякую гадость, которую приходится терпеть почти каждый день.

– Вставай. Давно за полдень… – Зверь потянулся и вышел из шатра.

Проспал до обеда!

«А что такого страшного? Сегодня мы отдыхаем, так что лорд имеет полное право поспать», – успокоил я себя, вставая с мягких шкур.

Немного повозившись с одеванием, блестя доспехами и позвякивая шпорами, явил себя миру. Солнце сиротливо проглядывало сквозь тяжелые дождевые тучи. Мелкие птички хаотично носились за насекомыми, оглашая округу звонким чириканьем. Часовой возле шатра в приветствии вскинул правую руку к шлему. Опешив, я уставился на девчонку неверящими глазами, чем явно смутил ее.

– Ваша светлость, я правильно сделала? – спросила Гета.

– Да, правильно. Кто научил?

– Вы. – Она неуверенно опустила руку, и ее пухленькие щечки побелели.

Ох!.. Вчера же, когда пьяный и голый вышел на улицу, пожурил часового, почему не приветствует командира, и объяснил, как это делается!!! О стыд…

– Правильно, молодец! – похвалил, спешно удаляясь от шатра, пока лицо не залила краска и я не загнал себя в более неловкое положение.

Однако ускользнуть к ручью не удалось – навстречу мне шла Эльза.

– Мой лорд, вам помочь умыться? – вежливо спросила девчонка.

Они что, совсем не страдают похмельем?!

– Прекрасный день, Эльза. Помоги, – непринужденно сказал я.