Виктор Шайди - Иероним

– Ждать! – снова прорычал я.

– За герцога! – В кличе воинов, перекрывшем жуткий, злобный вой идущей убивать стаи, чувствовалась решимость.

– Давай! – что есть мочи заорал я, пытаясь всех перекричать, и тут же разом щелкнули тетивы луков.

Началось!

Секунды ускорили бег и понеслись безумным вихрем. Стрелы штрихами рассекли воздух, взвившись вверх.

– Прицельно! – зарычал я, включая ночное зрение и крепче сжимая меч.

Пространство вспышкой заполнило сознание, укололо резкой болью мозг. Ночь обнажила тайны. Внутренний зверь возликовал. Среди звонкого треньканья луков отчетливо выделялись гулкие удары тяжелой тетивы арбалетов. Девчонки, возглавляемые Эльзой, находились прямо за мной и пускали тяжелые болты в надвигающуюся свору.

Как хорошо, что мне хватило ума сначала усовершенствовать оружие, а потом отправляться в путь! Мощь и убойность новых луков и арбалетов превосходна!

Обостренного нюха коснулся дурманящий запах свежей крови. Из моего горла непроизвольно вырвался рык беснующегося в душе зверя. Одна за другой выпадали из общего несущегося строя огромные тени. Яростно клацали блестящие зубы, перекусывая и пытаясь вырвать тяжелые стрелы из тел. Арбалетный болт, попадая в животное, опрокидывал его на бегущего сзади зверя. Рой стрел обезумевшими осами жалил стаю. Чем ближе была свора, тем точнее стреляли воины, подгоняемые страхом предстоящей схватки. Тетивы скрипели и звенели роликами, обозленно хлеща по наручам. Храповые механизмы арбалетов надрывно стонали. Вой вперемешку с визгом и предсмертными хрипами заполнил пространство. Запах пота, страха, свежей крови, терпко поперченной адреналином, перемешивался с мускусом зверей, превращаясь в непередаваемую вонь.

Звери теряли скорость, спотыкаясь о катающихся по земле раненых сородичей. Лишь вожак неуязвимым призраком бежал впереди. Глаза неустрашимой твари горели адским огнем.

Я еле сдерживал желание броситься навстречу и выплеснуть всю злость на врага.

«Победа куется единством!» – отрезвляюще звучал в голове голос усатого полковника. Хороший был учитель, прочно заложил в разум истины войны.

Не добежав до нас чуть меньше ста метров, звери с хрустом ломающегося дерева ударились о траву.

«Ежи!» – промелькнула в голове счастливая догадка.

Вожак нелепо покатился кубарем через голову, из его спины, разодрав плоть, торчали кровавые наконечники пик.

Атака захлебнулась.

Воины, не растерявшись, остервенело стреляли из луков и арбалетов. Вонь распоротых внутренностей вплела специфическую нить в безумный смрад битвы. Треск ломающегося дерева и звук раздираемой плоти ударил по ушам. Бегущие звери перепрыгивали тела напоровшихся на ежей братьев, и если сами не попадали в ловушку, то их моментально пронзали стрелами. Гибель вожака смяла атаку. Визги боли заглушили зловещий вой, и свора дрогнула.

– Не прекращать! – рычал я. – Не прекращать!

– За герцога! – отвечали охрипшие от крика голоса, заглушаемые шумом битвы и щелкающих луков.

Звериная волна отхлынула, похрамывая и скуля.

– Правое крыло! Алебарды! Левое крыло! Луки! Эльза, охранять лагерь! За мной! – закричал я, сгорая от нетерпения принять участие в празднике смерти и жизни.

Холодным железом в свете луны блеснуло оружие, воины обегали повозки.

– В две шеренги! – скомандовал я, видя выстраивающийся за мной отряд.

Свора, скуля, откатывалась от лагеря. Воины споро перестроились – постоянные тренировки не прошли даром. Сгоравшие от нетерпения и ярости ратники первой шеренги остервенело сжимали древки алебард. Вторая шеренга продолжала поливать зверей смертоносным роем стрел.

– Вперед!

Стальная стена двинулась, ощетинившись остриями широких лезвий.

– Держать строй!

– Бей!.. Бей!.. Бей! – отмеряли привычным криком сержанты каждый шаг железной мясорубки.

Луки продолжали свою беспощадную песню, а наш монолитный строй двигался по следам убегающей и поскуливающей стаи. Пепельная сталь меча лучом мелькнула в свете луны. В руке дернулась рукоять, и проткнутый ежом вожак затих. Битва понеслась, отрывисто вспыхивая кадрами в сознании. Стрелы продолжали находить жертв, заставляя зверей крутиться на месте, свирепо клацая зубами и рыча, а беспощадный строй неистово рубил, добивая раненых. Секиры блестящими кровавыми молниями монотонно рассекали воздух, разрубая туши. Удобное и мощное оружие позволяло с одного удара обрывать жизни раненых тварей. Кровь липкими густыми каплями покрыла воинов, дурманящий сладковатый запах сводил с ума, заставляя яростнее бить мечом, вспарывая и рассекая бившихся в агонии зверей.