Борис Царегородцев - Время больших побед

– Всплываем на перископную глубину.

Лодка дала ход, рули на всплытие. И вот она движется на перископной, с выставленными выдвижными устройствами. Сканируем все вокруг себя. То, что мы пока узнали, обрадовало только на пятьдесят процентов. На много миль вокруг нас океан девственно чист, ни кораблей, ни самолетов. Это уже хорошо. Но не порадовало то, что и земли на много миль вокруг не видно.

До этого случая мы находились всего в каких-то пятнадцати милях от полуострова Рыбачий. Еще одна неприятность – в эфире стоял только один атмосферный шум на всех частотах и больше ничего, абсолютно ничего.

Но это ничто по сравнению с тем, что нам объявили Сан Саныч и Мамай, – мы опять в Атлантике. И черт бы его побрал, кто это опять сотворил с нами.

На этот раз мы быстрее выяснили, куда попали, поскольку над нами светили звезды. С помощью астронавигационной системы определились, в какую точку океана нас забросило.

– Ну что вам сказать, мы опять влипли. Куда на этот раз нас перебросило, вперед или назад, мы пока не выяснили. Пока точно знаем, мы опять в Атлантике, примерно в сотне милях южнее островов Гаити и Ямайка. Вокруг ни кораблей, ни самолетов. Эфир тоже молчит. Я предлагаю в первую очередь подойти к ямайскому берегу, он немного ближе, и глянуть, что к чему. А там уж сориентируемся.

– Давайте сразу пойдем на север, там и разберемся, – чуть ли не ультиматум выдвинул Кочетков.

– Товарищ полковник, рассудите, до дома отсюда десять тысяч километров, а до Ямайки двести километров, и это как раз по пути домой. Так куда мы быстрее доберемся, до острова или до дому? Чтобы понять, в какой век нас забросило.

– А сейчас можно предположить, куда нас выбросило, в прошлое или будущее?

– Мы не в двадцатом веке – это точно, иначе мы что-то да поймали бы в эфире, но он чист. Остается предположить, что мы провалились еще глубже в прошлое.

– А как же будущее? Мы что, туда не могли, что ли, попасть?

– Вполне могли, но тогда обязательно бы что-то услышали в эфире.

– Товарищ командир, может, в будущем придумали другой принцип передачи.

– Не исключаю. Но если это будущее, то засекли бы корабли, самолеты и другие средства передвижения, ибо находимся недалеко от американского побережья. А тут всегда интенсивное движение. Его нет, Дима.

– А вдруг случилось то, чего все время опасались, и кто-то первым нажал кнопку.

– И это тоже не исключено. Надо замерить радиационный фон, если он завышен, то земле настал пи… Тогда я не знаю, зачем нас сюда перебросило.

– Возможно, кого-то спасти.

– А где его тогда искать, чтобы спасти, в какой точке земли или океана?

– Если мы здесь, значит, он или они тоже должны быть где-то. Может, в первый раз мы просто не добрались до нужной точки, и нас выкинуло не в том времени.

– Ну, Дима, ты и выдвинул гипотезу, я тебя уверяю, это не так и мы сейчас где-то в прошлом. Очутились в этом месте только из-за того, что рядом этот долбаный Бермудский треугольник со своей аномалией. Осталось выяснить, в каком мы веке очутились. Будем считать, что нас выкинуло в период где-то до 1880 года. Когда начались опыты с передачей радиосигнала на расстоянии, про это у нас Ухов должен знать. Я бы предпочел, чтобы нас забросило подальше.

– Это зачем же так далеко? – удивился Виноградов.

– Чем дальше в прошлое, тем лучше, больше точек, где бы мы могли воздействовать на события, чтобы в будущем произошли более масштабные изменения. Дима, прокладывай курс на Ямайку, только не забывай, что у нас не точное исчисление, чтобы на острова перед Ямайкой не выскочить. Идем половину пути под водой, потом всплываем.

Через три часа мы всплыли, над океаном начинался рассвет, солнце взошло, где ему и положено – на востоке. По-прежнему вокруг нас ничего и никого. В эфире тоже тишина, радиационный фон даже чуть меньше, чем в нашем времени. Что и требовалось доказать, мы провалились куда-то в прошлое планеты. Мы медленно двигались на север по вполне спокойному морю. Было тепло, но не жарко, и определить, какой сейчас месяц года, затруднительно. Разброс – от начала августа до конца октября. Все же мы находились в тропиках, а здесь почти круглый год тепло. Слева показался небольшой остров. Должно быть, один из островов архипелага Морант-Кис. Сколько мы ни всматривались, кроме пальм и зарослей кустарника ничего не увидели. Надо бы выслать людей, чтобы глянули, что и кто на этом острове обитает.

– Лейтенанта Низинькова на ходовой мостик.