Андрей Архипов - Ветлужская Правда

– Через пару дней после случившегося мы на гонца наткнулись! Он только что копытами не бил, зовя нас на Выксунку! Но у меня еще в Суздале дела были, да и до Овтая вверх по течению выгребать и выгребать… Так что решили мы дойти лишь до Мурома, а там поклониться в ноги родичам Мокши. Вдруг они согласятся пропустить нас вверх по Тёше, на которой Арзамас стоит…

– Эрзямас.

– Мне по-своему привычнее. В общем, в долгу мы у них неоплатном, хотя сам Мокша говорит, что родичи возьмут железом и не подавятся! – Было слышно, что ветлужец ухмыльнулся, после чего продолжил более серьезным тоном: – Достойные люди попались, бедой нашей прониклись и помогли чем могли… Точнее, не столько нам, сколько роду Овтая, который у них по соседству. Выбрали, как говорится, свою сторону в намечающейся эрзянской сваре…

– Скорее свою выгоду, – скептически заметил Емеля.

– Главное, что помогли, а не стали торговаться, во сколько это нам встанет! – резонно ответил Иван. – Правда, сделали все тайно, лишь старейшины знают о нашем ночном проходе да пара человек из воинской братии. Даже дозорным пришлось глаза отводить, поскольку никто не был уверен, что они не состоят на довольствии у инязора.

– Зачем тогда об этом мне говоришь? – тревожно произнес ветлужский мастеровой. – Не ровен час, поймают меня да на дыбу вздернут. Мыслишь, сдюжу?

– Тебе еще долго здесь прохлаждаться, должен понимать, на кого можешь опереться. А то, что узнать могут про наш союз, так без риска никак. Род Мокши и так живет тут словно между молотом и наковальней…

– Между Муромом и Эрзямасом?

– Слишком близко от того и от другого!.. И князь муромский им покоя не дает, и инязор тоже в тягость!

– Поэтому и уцепились за третью сторону, которая вряд ли сможет их под себя подгрести!

– Все так, даже объединившись, мы с Овтаем против князя эрзян или Ярослава Святославича не потянем. Без маленького чуда тут не обойтись, нужно импровизировать…

Вновь наступило молчание, наполненное хрустом пережевываемых хрящей, и лишь спустя некоторое время Емельян отвлек полусотника от столь содержательного занятия:

– Так что дальше было?

– Дальше? Чуть не доходя постов русов…

– Каких русов? Верно, ты имеешь в виду воинов великого эрзянского князя?

– Не такого уж и великого, – пожал плечами Иван. – Каждый род, по сути, независим и признает его власть лишь тогда, когда какой-нибудь Рюрикович сует свое рыло в местный калашный ряд.

– Но почему ты называешь их русами? – уточнил Емельян.

– С одной стороны, они такие же эрзяне… Как говорится, что об стол, что по столу! – неторопливо пояснил Иван. – Однако, по слухам, именно сюда многие из русов откочевали после их разгрома, так что кровь изрядно намешана. – Полусотник вновь хмыкнул и добавил, смеясь: – Забавно, если окажется, что инязор куда более русский князь, чем все Рюриковичи, вместе взятые!

– Никаких русов в Эрзямасе нет!

– А я слышал, – начал настаивать ветлужский полусотник, – что…

– На средней Суре они, – категорично отверг его домыслы Емельян и разъяснил: – Как раз где-то меж эрзян, сербийцев и мокши затесались.

– Ты про них не упоминал.

– А ты и не просил! До них, я мыслю, чуть дальше будет… Однако на реке они крепко сидят!

– И что они там делают?

– Откуда я знаю? Издревле там русь живет, – пожал плечами мастеровой. – Степь многих из себя выталкивает… И поныне на всех землях к восходу отсюда попадаются люди, чьи пращуры встречали булгар и сувар как законные хозяева этих мест. Или ты думаешь, что раньше тут было чистое поле? Приглядись, возможно, встретишь тех, чей язык схож с твоим, пусть и забывают они ныне родную речь.

– Хм… вообще-то я слышал, что какого-то предка нынешнего булгарского хана называли царем славян, – озадаченно крутанул головой Иван. – Получается, что за долгие годы эти забытые всеми племена растворились среди пришедших на Волгу народов… Почему же те, что на Суре, сохранились? Или они не славяне?

– Кто их разберет, словене они или кривичи какие, – вновь выразил свое недоумение Емельян. – Киев тоже ныне Русью зовут, хотя они были полянами и остались ими же! А то, что местное племя до сей поры своей волей живет и никто его под корень не свел… Так они на самом отшибе пристроились, да над собой воев поставили, что из степей к ним пришли и русью зовутся! Что с такими отношения портить, если дань платят исправно, пусть не серебром, а службой воинской? Тем более они ныне своими в этих местах считаются, с эрзей и мокшей не ругаются, а роднятся… Выжили как-то! – Ветлужский мастеровой чуть смущенно прокашлялся и повинился: – Я ведь, Иван, по-эрзянски чуть-чуть понимать стал за последнее время, хоть виду и не показывал. Удобно слушать, о чем у тебя за спиной толкуют, когда ты урок назначаешь или распекаешь за что… Разглядел ли ты русов среди тех, кто пленил меня и невесту твою? Так вот, пока меня с твоей девкой по лесу тащили, краем уха слышал я, что у инязора в дружине много их, даже от муромского князя они помогали в свое время отбиваться!