Евгений Константинов - Смертельный мир

– Проклятье! Но как…

– Мы смогли освободить Королевский стан лишь чудом, – предвосхитил вопрос генерал. – На южной надвратной башне вместе с бойцом виконта Цинизма дежурил недавно преобразованный пришлый по имени Кургузый. Он не позволил цинизмовскому выкормышу убить себя, задушил его голыми руками и закрыл внутренний вход в башню. Потом опустил мост и позволил моим бойцам ворваться в Королевский стан.

Мы уничтожили всех, кто не смог унести ноги, в том числе и маркиза Гуменяка. Сами, конечно, тоже понесли серьезные потери… И мы очень вовремя подняли северный мост, потому что к нему уже приближался отряд маркиза Лысана в сопровождении самой бабушки-царицы Гущи. Видимо она рассчитывала сменить место проживания – свой монастырь на ваш королевский дворец.

– Ну и что теперь? – спросил король.

– Царица Гуща убралась восвояси в женскую обитель. В селениях виконта Цинизма и маркиза Сизого расположись арбалетчики. Если мы пойдем в атаку, они встретят нас стрелами, после чего из монастыря выдвинется конница.

– Сколько у нас бойцов, готовых немедленно идти в бой?

– В том-то и дело, что очень мало, Ваше величество, – покачал головой генерал Ткач. – Да и те сейчас заняты ранеными и убитыми. Даже если мы бросим против царства все свои силы…

– Нет! – Гурлий отвернулся от Женского монастыря и посмотрел вниз, где Наташа вместе с двумя бойцами перебинтовывала раненых. – Нам бы сейчас свою территорию от горных защитить. Генерал, срочно прикажите вывести войска из крепости Квадро, чтобы большая часть их во главе с принцем Чингаем остановилась в Рубежной, а остальные – в Пентакле. В Королевском стане за старшего будет принц Чернец. И поставьте под ружье всех пришлых. Всех до одного. Побольше бы нам таких Кургузых. Кстати, произведите его в капралы, нет, сразу в лейтенанты…

– Хорошо, Ваше величество! А вы останетесь здесь?

– Переночую в Рубежной. А сюда вернусь завтра. Проститься…

Наташа никогда не испытывала ничего подобного. Меньше чем за сутки она успела трижды заняться сексом. Причем, с одним и тем же человеком – королем Гурлием: минувшей ночью, минувшим утром и только что, под самый вечер долгого страшного дня. Но если первые два раза она, подавив свои желания, просто старалась доставить ему максимум удовольствия, то теперь…

Такого не могло, не должно было быть. Несколько часов назад король своими руками казнил человека, затем узнал о предательстве соратников, о гибели множества своих подданных, и своего сына. А затем, вернувшись в дом графа Винсепто и словно забыв о своих ранах и своем горе, король Гурлий овладел нареченной невестой с таким неистовством и неутомимостью, что Наташа, тоже забыла обо всем на свете, вновь и вновь оказываясь на вершине блаженства.

До начала ночи оставалось совсем немного времени, когда граф Винсепто остановился на пороге дома своего отца. Дорогу ему преградил, стоявший на посту королевский мушкетер. Винсепто, левая рука которого была перевязана пропитавшимся кровью не очень чистым бинтом, а правая щека зажата не менее окровавленным тампоном, молча кивнул часовому, чтобы тот не мешал пройти, и в это время до них донесся из дома стон.

Часовой с гримасой сожаления, начал, было разводить руками, когда кулак графа с зажатым тампоном врезался ему в кадык. Мушкетер, хрипя, начал падать. Винсепто подтолкнул его и, выхватив шпагу, ворвался в дом.

Во второй раз он увидел Наташу обнаженной. И так же, как в доме капитана Евдоккима, когда она защищалась от насильников, Наташа была прекрасна. Но теперь – совершенно другой красотой. Неизвестной ему доселе красотой женщины, получающей величайшее наслаждение. Вот только наслаждение это доставлял ей не Винсепто, а другой!

– Как?! – заорал граф, потрясая шпагой, и капли крови, сорвавшиеся с его руки и из его разодранной щеки, брызнули на обнаженных короля и пришлую.

Наташа, ахнув, соскочила с Гурлия и метнулась в угол.

– Как вы смеете?! – граф подступил к королю, принявшему сидячее положение. – В доме моего отца! В то время, когда погиб мой друг Германт, когда я сражался за вас и чуть не погиб! С моей девушкой!

Винсепто в буквальном смысле мотало из стороны в сторону, но шпага оставалась нацеленной в грудь королю, который был не менее бледен, чем его подданный.

– Защищайтесь, Ваше величество! – выкрикнул Винсепто. И в это время ему на голову опустился стул, который хоть и был сплетен из ивовых прутьев, но силы, вложенной в удар оказавшейся сзади Наташи, хватило для того, чтобы повергнуть раненого на пол.