Алексей Кулаков - Промышленникъ

Ну, по большей части. Только одной малости и не хватало – тех, кто будет работать в этих самых цехах, литейке и прочих производствах. Короче, по результатам его деятельности, Сестрорецкая фабрика начисто лишилась второй смены, зато курсы подготовки приняли новую партию вчерашних крестьян – выпускники же оных как раз пригодились, чтобы восполнить «потери» в фабричной мастеровщине. И хотя результат всех этих переездов и реорганизаций был достаточно скромным (Ковров так пока и не выдал ни одной винтовки или пистолета), все же основания для легкой зависти у Лунева и Герта были – управляющий компанией разрешил все свои поручения даже раньше назначенного срока. Хм, и тут же получил новое задание. Какое – не говорит, но судя по тому, что его семейство вдруг озаботилось сборами, а сам он зачастил в Москву…

Кстати, и Горенин со своими ревизорами тоже перебрался в Первопрестольную. А Греве как уехал в Кыштым, так и не возвращается – зато что ни письмо, так заявка на дополнительное оборудование. Совпадение?! Нет уж, вряд ли. Интересно, что же такое грандиозное задумал Александр Яковлевич, что все в постоянных хлопотах да разъездах?

– Прошу-с!

Неслышно подкравшийся половой сноровисто сгрузил содержимое своего подноса на стол и отправился за следующей порцией небольших тарелочек и вазочек: был грешок за почтенным станкостроителем – любил он вкусно и разнообразно отобедать. Причем, к зависти окружающих, такое чревоугодничество совершенно никак не сказывалось на его сухопарой фигуре. Окропив лимонным соком тоненькие, полупрозрачные ломтики лососины, господин директор еще раз принял для аппетита, чуток закусил, а затем методично прошелся по всему, на что только падал его взгляд. Свежайшая буженина с хреном, потом мясные блинчики, после них кусочек нежнейшего молочного поросенка, затем чуть-чуть духовитой соляночки… Идиллия гурмана была прервана самым грубым и жестоким образом. Два незнакомых господина, не спросив никакого разрешения, подсели за стол к Герту, после чего один из них укоризненно произнес:

– Опять вы за старое принялись, Иммануил Викторович. Нехорошо-с!

Недрогнувшей рукою отправив в рот последнюю ложку солянки, Герт аккуратно промокнул уголки губ белоснежной салфеткой и без особого интереса спросил:

– С кем имею честь?..

– Ну, это не так уж и важно, потому что…

– И все же?

– Мы из дирекции завода «Людвиг Нобель».

Если гости незваные и ждали, что сестрорецкий директор переменится в лице, то делали они это зря. Задумчиво скользя взглядом по столу и внимательно прислушиваясь исключительно к себе (вернее, к собственному животу), Герт мимоходом приободрил умолкнувшего оратора:

– Ну что же вы замолчали, любезнейший? Продолжайте, прошу вас.

Гости переглянулись, после чего тот, что помоложе, вкрадчивым голосом поинтересовался:

– Вчера с нашего завода уволились двое отличнейших инструментальщиков, и я думаю, все мы понимаем, где именно они теперь будут работать.

Герту по зрелом размышлении все же восхотелось соленого нежинского огурчика. Причем именно после рюмочки водки. Что он тут же и исполнил.

– Дирекция завода находит неприемлемым сложившийся порядок вещей! И предупреждает, что если подобное повторится, то предпримет самые решительные меры. Даже и непопулярные!

Одного огурчика оказалось мало. Зато водочки больше не хотелось – а значит, что обед плавно подходил к своему завершению. Если бы его еще не портили всякие назойливые личности, было бы вообще все просто замечательно. Увы, мир еще так несовершенен!..

– Про инструментальщиков ваших я в первый раз слышу, но уж если придут ко мне, гнать не буду. Остальное – вздор и ерунда. Так что если у вас на этом все, господа, то не смею вас задерживать.

Щелкнув пальцами, гурман намекнул половому, что пришло время десерта.

– Удивительный вы человек, Иммануил Викторович. Неужели и в самом деле ничего не боитесь? Времена нынче такие, что всякое бывает. Например…

– Например, вам свернут шеи и похоронят на Митрофаньевском кладбище.

Тихий спокойный голос нового участника беседы подействовал на представителей заводской дирекции подобно ушату холодной воды – они не заметили, как у них за спиной оказался обладатель этого голоса. Зато очень хорошо почувствовали его хватку у себя на шеях. А вот второй плечистый мужчина за соседним столиком так и остался сидеть, разве что немного передвинул свой стул – так, чтобы в любой момент невозбранно с него вскочить. Да слегка развернулся, чтобы удобнее было смотреть в зал.