Дмитрий Дашко - Прощай, гвардия!

Генерал – птица важная, тем более такого уровня. Его пленение – чувствительная потеря для любой армии и не менее чувствительный щелчок по носу шведской короне и горлопанам-депутатам в парламенте.

Кавалькада въехала в крепость и сразу оказалась окружена моими солдатами. Ворота с лязгом закрылись, отрезав путь к отступлению. На каждого всадника смотрели минимум две фузеи. Кто-то из шведов, обо всем догадавшись, тихо выругался, но большинство пребывало в полной прострации.

Врангель приподнялся на стременах, растерянно огляделся. Меньше всего он ожидал увидеть за крепостными стенами русских и теперь напряженно искал выход из создавшегося положения.

Ничего путного на ум генералу не приходило. Московиты намного превосходили его кортеж числом, к тому же приготовились загодя. Никто из шведов даже рукой шевельнуть не успеет, как русские успеют проделать в его шкуре кучу дырок.

Врангель с досадой выругался.

Я вышел вперед и направился к генералу, надеясь, что мне удастся склонить визитеров к сдаче. Умереть никогда не поздно, а умирать глупо и при столь конфузных обстоятельствах шведы однозначно не хотели. Надо лишь подтолкнуть их в правильном направлении.

Взгляд у Врангеля был как у затравленного волка. Обреченный и в то же время дикий. Еще немного, и непонятно, в какую сторону качнется маятник. Загнанный в угол зверь бросается на охотника, чтобы дороже продать жизнь. Такого исхода я опасался больше всего.

– Прошу немного внимания, господа, – я громко заговорил по-шведски.

Всадники уставились на меня, с надеждой внимая моим словам. Наверное, рассчитывали, что все прояснится, что это какое-то недоразумение.

Я подошел к генералу, взял повод его лошади:

– Город взят на шпагу русскими войсками. Я временный комендант Вильманштранда, лейб-гвардии майор Дитрих фон Гофен. Господин генерал, прикажите вашим людям сложить оружие.

Лицо Врангеля из румяного стало багровым.

– Русские… Надо же! Не ожидал. В вашем поступке мало чести, офицер, – с презрительной гримасой произнес он.

– Можете считать, как вам угодно. – Я чуть склонил голову. – Однако прошу принять мое предложение. В противном случае вас ожидает незавидная участь. Я хотел бы обойтись без кровопролития.

Врангель, похоже, руководствовался теми же соображениями. Он скомандовал своему эскорту. С видимой неохотой шведы стали бросать в снег шпаги и пистолеты. Сдача в плен – всегда унизительная процедура, особенно, если обстоятельства столь нелепы. Тем не менее лучше унизительный плен, чем смерть при нелепых обстоятельствах.

– Благодарю вас, – совершенно искренне сказал я.

Генерал с достоинством спешился и протянул мне свою шпагу: [9]

– Не думайте, что это сойдет вам с рук. Вы взяли нас хитростью. Мой заместитель скоро обо всем узнает.

– Мы ему в этом поможем, – многообещающе произнес я.

По моим прикидкам, в плену у нас оказалось уже сотни полторы шведов в чине от рядового до капитана, теперь к ним добавился еще генерал и несколько сопровождавших его высокопоставленных офицеров.

Часа через два лагерь неприятеля пришел в движение, из чего я сделал вывод, что приближаются наши. Заиграли горны, флейты. Солдаты принялись строиться.

В сторону города вылетел всадник. Скорее всего, вестовой из штаба, за Врангелем. Перед закрытыми воротами он остановился и загарцевал.

– Мне срочно нужно к господину генералу! – закричал всадник. – Немедленно впустите.

– В чем дело? – откликнулся я со стены.

Мы продолжали ломать комедию.

– Русские перешли границу и уже в двух милях отсюда. Генералу необходимо прибыть в штаб.

– Хорошо, – кивнул я. – Мы обязательно передадим это известие генералу.

– Что за ерунда?! – возмутился вестовой. – Я требую открыть ворота.

– Как скажешь, приятель, – еле слышно согласился я. – Сам напросился.

Через пару минут в коллекции живых трофеев на одного поручика стало больше. Но этому офицеру еще повезло. Куда хуже было тем, кто пока находился в лагере.

Почти одновременно заговорили крепостные пушки, ракеты и горная батарея. Я приказал зарядов не жалеть и по возможности нанести ошеломленному врагу максимальный урон. Воевать так воевать!

Залпы накрыли палаточный лагерь. И тут же послышался страшный грохот, от которого заложило барабанные перепонки. Похоже, артиллеристам удалось угодить в походный пороховой магазин. На воздух взлетели повозки, конские туши, то, что осталось от солдат, бывших поблизости. На какое-то время все затянуло дымом, а гарь начала есть нам глаза.